Астер присела на ящик с инструментами. В щитовой работала отдельная от остального здания система кондиционирования, поток воздуха приятно холодил голову. Астер прислушивалась к монотонному гулу оборудования (её всегда это успокаивало) и предавалась размышлениям о сложности социальных процессов. Возвращаться к нервным участникам неудачно завершившегося бала не хотелось. Бортинженер транзитного корабля вспоминала их с Джеггом визит в доки, забавного старика в священном городе, его молодых спутников, один из которых… как это Джегг сформулировал? Не сошёлся с ним во взглядах на то, кого можно считать человеком. Всё это было грустно, но не то чтобы очень неожиданно. В Серебряной колонии расовых противоречий тоже хватало, Астер никогда не могла разобраться, кто зачинщик конфликта, потому что корни его уходили вглубь Тёмных Веков. Для неё все колонии за пределами Норга слишком странные, чтоб мерить их уклад привычными категориями. А вот для Джегга… Джегг… Забавно! Кажется, единственное, что объединяет культурные традиции по обе стороны периметра колонии Большого Пса, это почтение, которое тут оказывают чёрному священнику. Интересно, а он чью сторону выберет? Юбочников или колонистов? Или, может быть, за него выберет Стелия?
Некстати вспомнился глубокий, проникновенный голос: «На Большом Псе действительно есть человек, ради близости к которому я снова принял на себя часть ответственности за происходящее здесь. Женщина. Женщина, которая сидит сейчас передо мной».
Солгал, конечно. Но всё равно приятно было. И прикасался к ней чёрный священник приятно. Деликатно… ласково. Как будто заботится о её чувствах. В общем, так и есть — судя по отчётам о его миссиях, Джеггу важно не телом женщины овладеть, а вызвать привязанность, которую потом можно в священных целях использовать. Не совсем понятно, зачем ему сдалась конкретно её привязанность… пускай, транспортную платформу вызвать и от верхоглядов прикрытие организовать. Но потом-то? И… он ведь в самом деле смотрел на неё, как на оазис в пустыне. Это после всех тех актрис, спортсменок и певиц, которых соблазнял. Некоторые из красавиц были настолько известны, что даже Астер про них слышала. Что ж, видимо, долгое воздержание дало о себе знать. С непривычки в длинных рейсах люди часто страдают в замкнутом пространстве корабля. Если Джегг говорил правду, и с Хэлой у них не заладилось, то одной Налы темпераментному мужчине, только-только выходящему из депрессии, может быть мало, но! Они ведь больше не на корабле. На Большом Псе женщин хватает.
«Трахнуть Астер — всё равно что корабельному реактору вставить! Интересно, какой у неё там разъём, винтовой? Или квадратный, может быть?»
Это не Джегг, понятное дело, говорил, он бы более поэтичные выражения подобрал, чем трибун, по рассеянности забывший при разговоре с напарником связь с кораблём-маткой отключить. Какой же рогот в рубке стоял! Инженер не обиделась. Смеялась вместе со всеми. Сама же потом трибуна разыгрывала на тему того, что ему запаса прочности не хватит.
Вот когда Патэл к стенке прижал и жарким шёпотом в ухо сообщил, что у неё просто мужика нормального не было, неловко вышло. Она в руке тестовый разрядник держала, для имитации импульса короткого замыкания. В Патэла и разрядила. Больше от неожиданности, чем с целью самообороны, так что извинения друг другу приносили оба. И докладные не писали. В отличие от… Астер фыркнула, развеселившись от направления собственных мыслей. Да уж, она не самый благодарный объект для ухаживаний. Вот и Джегг как про детишек и прочий бред о моногамных отношениях услышал, сразу охладел. Идеальный способ, ни разу ещё осечку не давал. Она по юности распиналась долго о том, что понимает под отношениями, о доверии, системе ценностей, общих жизненных целях… но это на собеседников не производило ровно никакого впечатления. Мужчины вообще редко вслушиваются в женские монологи. Только слово «дети» в качестве триггера действует безотказно. Джегг даже попрощаться не удосужился. Правда, проявил галантность: до пограничного пункта довёл, а не прямо у фонтана бросил. Да и обвинений никаких по итогу не предъявили, тоже он, наверное, позаботился.
