В какой-то момент Ванадину удалось особенно приблизиться к беглянкам, и зоркий охранник смог под съехавшим набекрень платком одной из девушек уловить знакомые инициалы, которые в лунном свете выглядели особенно жутко.
— Сбежавшие рабы! — в ярости вскричал армут, с такой силой пришпорив коня, что животное под ним содрогнулось всем телом.
Друзья напрасно старались уйти от погони. До леса было еще далеко, но зато перед их глазами уже появилось прекрасное озеро.
— Они догонят нас! Надо ехать быстрее! — в совершенной панике вскричал Кирим. Олень снова ощутил себя бесправным рабом, по прихоти хозяина участвующим в жестоких Потешных играх. Господин Ролли умудрился насолить им, даже будучи мертвецом.
— Я… Попробую, — неуверенно проговорил Артур. — А ты должен скакать вперед и предупредить Алана с Тэнкой. Может быть, Алан поможет нам справиться с охранником.
Кирим согласно кивнул, и его лошадь пустилась вскачь. Казалось, они были созданы друг для друга — стройный гнедой жеребец, быстрый как ветер, и худощавый прыткий Олень. Артур намеренно сказал так другу. Храбрый юноша преследовал определенную цель. Ему не хотелось, чтобы Кирим лишний раз рисковал собой. Олень также все еще являлся рабом господина Ролли, и благородный клипсянин просто не мог допустить, чтобы друга вновь посадили в собачью конуру. При этом сам Артур ехать быстрее был не в состоянии.
Несмотря на умение летать на единорогах, мальчик все же впервые в жизни сидел на лошади, и не мог так ловко как Кирим, прирожденный степной всадник, управлять этим животным. Также Артур боялся, что если лошадь перейдет на галоп, то он просто не удержится на ее спине, так как его по-прежнему лихорадило, а правая рука совершенно не слушалась из-за поврежденного плеча. Единственное, что мог он сделать, это распластаться на спасительной разгоряченной спине лошади, надеясь, что животное проявит милосердие и само вынесет его из беды. С огромным облегчением Артур увидел, как Кирим объехал озеро и теперь стремительно направлялся к лесу. Олень там будет в большей безопасности, чем здесь, на границе с опасным Миром чудес.
Между тем всадник за спиной Артура уже почти нагнал свою жертву.
— Стоять, мразь, ты не слышал приказа? — еще раз остервенело крикнул воин в сторону беглеца. Ванадина ужасно возмутил тот факт, что один из рабов умудрился ускользнуть от него. Если бы Тореро не упрямился, а последовал бы за ним, они бы вместе смогли сработать куда лучше, чем по одиночке.
У воина на боку висел острый армутский кинжал, хотя Ванадин и не намеревался его использовать без надобности. Вряд ли господин Ролли похвалил бы его за нанесения увечий рабу с татуировкой в виде орла на шее.
Лошадь Артура с разбегу забежала в озеро, видимо изнывая от жажды и так резко остановилась, что юноша все-таки не смог удержаться и соскользнул с ее спины в холодную воду.
Когда он с трудом поднялся на ноги, то обернулся и посмотрел в лицо своему преследователю. Это был высокий мускулистый армут с толстыми губами, глазами цвета кипящей смолы и кривоватым орлиным носом. Ванадин, в свою очередь, величественно восседая на коне, также с хищной улыбкой рассматривал загнанную жертву, которая отказалась подчиниться его приказам.
— Что это за маскарад? — с саркастической усмешкой поинтересовался он, указывая смуглой рукой на мокрый платок, который соскочил с шеи беглеца и упал в воду.
— По-моему, красиво. Вам бы тоже пошло, — хриплым от слабости голосом проговорил Артур. Сейчас юноша вдруг ясно осознал, что, наверное, все-таки неизбежно пришел момент окончания его путешествия. Разве мог бы он, раненый и больной, устоять против сильного, совершенно здорового и безжалостного охранника города? У него не имелось никакого оружия, да и даже если бы оно и было, он вряд ли смог бы, в теперешнем его состоянии, им воспользоваться. Единственный друг, который находился в этот миг рядом с ним — это его гнедая лошадь, да и та предала его, предпочтя испить холодной воды, нежели доставить путника в целости и сохранности до леса.
Изнуренный погоней и замученный лихорадкой, мальчик боком прижался к разгоряченному животному и представил на секунду, что рядом находится его преданный друг, единорог необычного баклажанового цвета, который всегда готов был прийти на помощь своему всаднику. Воскресив в памяти этот дорогой образ, Артур беззвучно прошептал, скорее самому себе:
— Спаси меня. Спаси.
— Что ты там шепчешь? — высокомерно поинтересовался Ванадин, на своем красавце-коне приблизившись к беглому рабу, который, по его мнению, сейчас выглядел просто жалко. «Интересно, сколько денег я получу за поимку этого доходяги?» — промелькнуло у него в голове.
