Лэк кратко объяснил ему, уже догадавшись, к чему клонит его сумасбродный приятель. Но все же это было полным безумием, по его мнению.
Узнав необходимую информацию, Артур быстро подошел к Тэнке, которая, и вправду уже спала и не слышала их разговора.
— Тэнка! — прошептал он ей на ухо. Девочка резко открыла глаза и с испугом посмотрела на Артура. Ей как раз снилось, что ненавистный армут приказывает ей драться с другими невольниками на Потешных боях. Бедняжка не слышала рассказ Лэка и поэтому еще не знала, какая жестокая участь уготована всем, кто однажды стал невольным участником трагических игр.
— Я освобожу тебя, но только тихо. Мы попробуем убежать, — ободряюще сказал мальчик. С Тэнкиными кандалами пришлось немного повозиться — все-таки Артур делал подобное впервые в жизни. Затем, освободив девочку, он внимательно огляделся. Кроме них в саду никого не было, но это вовсе не означало, что их оставили совсем без присмотра.
— У тебя есть план? — поинтересовалась Тэнка.
Артур неопределенно пожал плечами. Да, наверное, если это можно было назвать планом. Так или иначе, у них действительно не было другого выхода.
— Пока, Лэк. Жаль, что не хочешь попробовать с нами, — сказал Артур, в последний раз взглянув на несчастного, который сам обрек себя на пожизненные мучения.
В какой-то момент в глазах Лэка промелькнула грусть и еще что-то, отдаленно похожее на зависть. Слабохарактерный мальчик, с одной стороны, восхищался смелостью Артура, но с другой — совершенно его не понимал. Попытки убежать от господина Ролли были, на его взгляд, безрассудным предприятием, ибо вездесущий хозяин мог достать любого даже из-под земли.
— Надеюсь… Надеюсь, что у вас получится… — с трудом промямлил Лэк и решительно отвернулся в сторону своей конуры. Ему было так грустно, что хотелось плакать. Он уже успел привыкнуть к соседям.
Артур увлек за собой девочку. Самое опасное во всей этой затее было то, что они должны были продвигаться не к спасительному выходу из шатра, но, напротив, устремиться в самые его недра. Там, где их легче всего было бы обнаружить и, между тем, там, где их вряд ли стали бы искать.
Ребята тихо пробирались сквозь искусственные сады, в которых, несмотря на отсутствие полуденного зноя, был очень горячий воздух, весьма затруднявший дыхание. Пройдет некоторое время, и он начнет остывать, но сейчас еще стояла жара. Постояльцы дворца спали — начиная от Карма-младшего, который беспокойно ворочался на своих перьевых одеялах, и кончая самим хозяином, забывшимся тяжелым сном. Господину Ролли всегда снились кошмары в дни приготовления к отъезду. Он так же, как и его сын, ненавидел кочевой образ жизни, но вместе с тем понимал, что это необходимо для нормального функционирования Мира чудес.
Несчастные рабы, прикованные кандалами к деревьям и совершенно замученные после длительной работы, также были погружены в глубокий сон. Артуру хотелось освободить их всех, однако интуиция ему подсказывала, что многие бы отказались. Порою свобода означает слишком большую ответственность, и далеко не каждый способен нести на себе такой груз. Куда легче просто плыть по течению, думая, что тебя направляет какая-то движущая сила, действующая помимо твоей воли. Такой образ мышления позволяет избегать ошибок, но, к сожалению, сам по себе является ошибочным, ибо жизнь присутствует лишь там, где есть действие и движение.
Артур, памятуя наставлениям Лэка, вел Тэнку туда, где рабы складывали мусорные ящики. Мальчик понимал, что, если бы беглецы сразу направились к выходу из шатров, собаки вряд ли позволили им беспрепятственно покинуть тканевые стены дворца. Таким образом, надо было искать другой способ, более сложный, но в то же время, возможно, именно он позволит ребятам выбраться на свободу.
Мусора в шатре накапливалось очень много. Для него был отведен целый участок земли, который в былые времена тоже являлся декоративным садом. По мере умножения богатств семьи Ролли, множилось и количество отходов. В итоге садик решили разобрать и заставить деревянными ящиками.
Чтобы вонь не проникала в шатер, по периметру площадки были установлены лампады с ароматическими маслами, которые немного отбивали неприятный запах. Ящики казались большими, так что каждое утро мусорщики — те из немногих работников господина Ролли, которые получали весьма неплохой оклад, вывозили ящики на повозках, запряженных лошадьми. Они везли их на общую свалку на окраине города, где другие мусорщики, в свою очередь, закапывали отходы глубоко под землю. Господин Ролли брал на эту должность наемных работников по нескольким причинам: во-первых, если бы мусорщики являлись рабами, то в силу своей профессии, они имели бы право покидать территорию шатров и, соответственно, у них было куда больше возможностей для побега, чего, разумеется, хозяин не мог допустить. Во-вторых, эта должность сама по себе была слишком важна и необходима для нормальной жизни в шатрах, чтобы господин Ролли мог позволить себе брать кого попало.
