— А что с ними может быть не так. Отрабатываю. Прохожу практику. Спасибо Данте и его мешку с деньгами, что я хотя бы смог закончить колледж. Только я все равно не получаю должного опыта в этой захудалой дыре. В ней можно разве что узнать про артрит, болячки пенсионеров и старческое недержание, — уныло буркнул парень.
— Не говори так. Мне не нравится твой настрой. Ты бываешь иногда значительно бодрее.
— Бодрее. Но только не сегодня… Это нападение, Райли, и эта книга ведьм не дают мне покоя. Как дурное предзнаменование… Как будто возвращение холеры…
Эмбер не хотел пугать свою подругу. Когда в глазах ее зажглись тревожные искорки, он сообразил, что перегнул палку.
— Ладно. Все… Закончили. Я действительно слишком много работаю. Мамин старый начальник говорит, что я не должен ночевать в больнице, наверное, усталость сказывается.
— Сказывается. Тебе точно надо отдохнуть. Иди поспи, а то ты уже начинаешь выдумывать… — ласково засмеялась девочка.
Отвернувшись в сторону, Эм подумал, что выдумывать было самым верным глаголом.
Все на этом. Никаких ворлоков.
Только почему было так сложно себя убедить?
— Я… пройдусь, Райли, ладно? — негромко пробормотал Эмбер, отводя со лба светлые волосы, когда они вдвоем вышли из кафе.
— Ты уверен, что ты в порядке?
— Не уверен. Я хочу к маме зайти, — Эм ковырнул кроссовкой мелкий камешек.
Райли понимающе кивнула.
— Конечно. Только осторожнее…
Все скверные переживания позднего вечера снова охватили девочку. Пробудилась тревога, больше похожая на страх. Райли смотрела на силуэт друга, исчезающий во мраке, и как никогда понимала: Эмбер не сможет справиться со свалившейся на него ношей один.
Данте поступил правильнее всего, сбежав из Гринвуда. Но вместе с тем он обрек на сильнейшие душевные терзания того человека, который нуждался в его присутствии больше, чем хотел это признать.
Райли пыталась помочь, но не находила в себе столько сил и не могла объяснить Эму, почему для него все сложилось так.
Никто не мог.
Она только мысленно запустила в друга заклинанием, чтобы немного успокоить его волнение. Это было единственным способом вмешательства, которое могла себе позволить светлая ведьма.
====== продолжение 2 ======
Уверенность в том, что непременно должно случиться что-то ужасное, все еще трепетала в душе, и Эм не мог ее отогнать.
Улица, огибающая кладбище, оказалась пустынна. Обитые светлым сайдингом небогатые дома стояли на удивление безмолвными, словно внутри они пустовали, как декорации на заброшенной съемочной площадке. Казалось, что вместо людей за стенами скрываются неведомые, но страшно любопытные твари.
Передернув плечами, молодой человек поднял голову и посмотрел на небо. Оно было необычного матово-молочного цвета, плотное и гладкое, точно гигантская перевернутая чаша.
Воздух сгустился. Эм всей кожей ощутил на себе чей-то пристальный взгляд и обернулся. Вдруг что-то темное мелькнуло у ствола старого клена перед входом на кладбище, заставив мальчика напрячь зрение.
Это оказалась собака. Зверь сидел неподвижно в гуще темно-зеленых листьев ближайшего кустарника и неотрывно смотрел на позднего посетителя. Эмбер как зачарованный уставился на животное. Он еще никогда не видел такой огромной и лоснящейся псины с блестящей иссиня-черной шерстью. Каждая деталь была ясно различима: темные глаза, острый взгляд, поблескивающий черный нос.
Пес выглядел агрессивно, но сидел так неподвижно, что вполне мог показаться восковой копией живого существа. Тем не менее, разглядывая его, Эмбер вдруг почувствовал, что понемногу начинает взмокать. Жар волнами растекался по его шее и щекам. А все потому, что пес как-то по-особенному на него смотрел.
На ум снова назойливо пришло воспоминание о ночи около клуба: обернуться, чтобы увидеть красные глаза своей смерти. Эм до сих пор помнил каждую черточку его лица, он помнил каждое прикосновение Данте. Глядя на лоснящийся мех животного, он вспомнил угольно-черные перья его волос… Запах опасности.
Нет. Это надо было прекратить. Прежде чем Эмбер сообразил, что делает, он уже сбросил на землю свой рюкзак и подобрал увесистый камень с обочины подъездной дорожки.
— Убирайся! — с неожиданной злостью прошипел он. — Прочь отсюда! Все мои проблемы из-за тебя! — сказал он невидимому собеседнику. Только в воздухе затихло последнее слово, как мальчик изо всех сил швырнул камень.
Листья посыпались в разные стороны, но псина удрала целой и невредимой. Взмах его хвоста слегка колыхнул листву и произвел немного шума. Местечко под деревом опустело.
— Твари, — тихо выругался Эмбер, словно обращаясь к своим внутренним демонам.
Снова подобрав свой рюкзак, парень прошел по дорожке вдоль рядов ровных надгробных камней. Их черный силуэт выплывал из темноты разнообразными вкраплениями на фоне зеленой травы. Оглядевшись, Эм устремился в сторону дальних рядов могил.
Где-то здесь была крошечная могилка Лиз. А чуть поодаль находился еще один камень, побольше. Надпись на нем гласила: «Эмили Риджвуд-Морриган, любящая мать, замечательный друг. Нам будет тебя не хватать…»
