— Как скажешь. Извини, что так получилось и что я наложила на тебя чары. Я не хотела тебя пугать, — она отвернулась в окно, поспешно поправив очки. Это движение показалось Эмберу слишком быстрым и нервным, словно девушка была готова заплакать. Она без лишних слов разблокировала двери.
Только этого еще не хватало. Эм судорожно обдумывал происшествия последних пятнадцати минут. Бред какой-то. И откуда ему было знать, что на уме у этой девицы? Но с другой стороны, ведь ему на пути никогда не встречался другой апрентис, такой же наполовину человек, как и он. А что, если Джина сможет дать ответы на его вопросы? Взглянув на нее, Эм не почувствовал особой опасности, скорее тревогу и участившийся от нервов пульс. Она была всего лишь полукровкой. Справиться с ней не составит труда.
Скользнуло что-то в движении ее опущенных плеч, словно она действительно расстроилась от проявленной внезапным спутником грубости. Эм сделал вдох. Выдох. И мысленно проклял все на свете. Особенно в этой речи досталось Данте, из-за которого сложилась подобная ситуация.
— Джина? Слушай, извини. Просто если бы ты знала меня, ты бы поняла, почему я такой дерганый. Последние годы сократили мое нервное здоровье примерно раз в десять. Я не хотел обидеть тебя.
— Все в порядке. Я понимаю.
Ее руки все еще дрожали, впрочем, девушка быстро справилась с собой. Неловкая улыбка тронула уголок ее губы.
— Я не говорю об этом обычно. Но отвечая на твой вопрос. Моя магия — лед. Я умею замораживать вещи, — решил загладить свою вину Эм.
Джина повернулась, услышав более дружелюбные интонации.
— Еще ни разу не встречала ледяного мага, — уголки ее губ поползли выше. — Не покажешь?
Эмбер дважды подумал перед тем, как сделать это. Данте оторвал бы ему за эту башку. Но к счастью, того не было здесь, а охотники теперь не слетелись бы как пчелы, только лишь почуяв вибрации волшебства. Эм снял с приборной панели игрушечный цветок с качающейся головой.
— Ну… как-то так, — он немного сосредоточился. В его руках пластиковое растение тут же превратилось в ледяной кубик. Лепестки замерли, намертво застыв в хрустальных гранях.
Изящные брови Джины поползли вверх.
— Вау. Ну, по крайней мере, когда у тебя вечеринка, ты можешь сэкономить на охлаждении коктейлей.
— Вся моя жизнь сплошная вечеринка, где я на чем-то экономлю, — невесело пошутил Эм. — А что умеешь ты?
— Ты видел, что я умею. Я могу очаровывать. Одного взгляда достаточно, чтобы люди шли за мной, куда я хочу и зачем я хочу.
Эм кивнул.
— Ты как Данте. Мой создатель, — пояснил Эм. — Умеешь читать мысли?
— Нет. Изольда говорила, что я смогу. Но только после смерти.
— Изольда?
— Да… Ведьма, которая обратила меня.
Эм задумчиво прочесал волосы. Да уж, такое не придумаешь нарочно. Пятиминутным разговором тут точно не обойтись.
— Думаю, нам лучше доехать до города. Я знаю там один тихий парк… Там мы можем спокойно поговорить, — прищурившись, пробормотал он.
Машина Джины притормозила у залитой солнцем тропинки. Эм вышел наружу, смотря себе под ноги. Люди бросали удивленные взгляды на фиолетовый автомобиль с помятым капотом, на красивого молодого человека со светлыми волосами и ярко-голубыми глазами и на невысокую брюнетку в огромных модных очках. Парочка поставила автомобиль на сигнализацию и принялась удаляться по дорожке вглубь парка. В это время Эм старался оформить в словах то, что уже смутно присутствовало в его мыслях. Вопросы, которые он хотел задать девушке, такой же, как и он сам, копились со скоростью света, но среди них никак не находилось одного-единственного, с которого стоило начать.
— Давно ты апрентис? — наконец нашелся в словах Эм. Стоило ему посмотреть на Джину, как щеки его отчего-то начинала заливать краска. Его загадочная спутница была такая красивая. И откуда взялись такие мысли?
— Я полукровка уже около десяти лет, — перебила направление его ускользающего хода размышлений Джина.
Эмбер присвистнул.
— Ничего себе. Мне до этого еще далеко. Дан обратил меня четыре года назад.
— Все равно немалый срок. Это не очень приятная история?
— Не очень. Я предпочитаю не вспоминать первые месяцы нашего с ним общения. Я тогда даже думал о суициде.
— Не рассказывай, если не хочешь, — Риджина понимающе кивнула. — Меня тоже обратили против моей воли. Изольда поймала меня. Она хотела меня съесть…
Эм напрягся, слушая печальную сказку, так похожую на его.
— Она обманом завела меня к себе. Я не интересуюсь женщинами. Но… она повлияла на мою волю. Я очень плохо помню, что произошло. Она мучила меня несколько дней.
— И что ты сделала?
— Приняла ее условия. Изольда согласилась отпустить меня. Взамен она хотела сделать меня своей прислугой, и я должна была приходить к ней, когда ей надо, в любое время дня или ночи. И выполнять любые ее желания, если ты понимаешь, о чем я.
Эм понимал. У него самого под боком был точно такой же маньяк.
— Черт. Неужели все эти истории одинаковы? — ошарашенно пробормотал Эм.
— Я думаю, дальше понятно. Годы жизни превратились для меня в кошмар. Красноглазый кошмар со скрюченными черными когтями и рыжими волосами, — продолжала девушка.
