— Может, у него какое-нибудь расследование, и он не может говорить?
— Мне очень хочется на это надеяться, — еще раз глянув на часы, произнесла Райли. Она не стала признаваться Хагену, что в последнее время по долгу службы Мики не занимался ничем серьезным и старался всячески ограждать себя от любых вылазок из участка.
— Все это мне очень не нравится. Обещай, что ты позвонишь мне, как только он появится.
Девушка пообещала. Мысленно она уже ругала себя за то, что вообще решилась побеспокоить старика. Теперь мистер и миссис Ривьера тоже будут волноваться, а Хаген, как и всегда, станет вспоминать подробности того вечера, когда Лиз не вернулась домой.
— Oblitus*, — невнятно прошептала Райли.
Забудь
— Что ты говоришь? — раздалось на том конце трубки. А затем через некоторое время: — Алло? Кто это?
Райли быстро нажала на отбой. Нет. Пусть мистер Ривьера лучше думает, что у него никогда не было этого разговора. Сейчас, как никогда, девушка чувствовала себя неуютно. Что-то было не так. Чутье ведьмы не могло обманывать.
— Где же он? — Райли взглянула за окно.
Та квартира, которую они с Мики снимали на двоих, была не так уж далеко от полицейского участка. Райли не стала звонить напарникам Мики или его малочисленным друзьям. Вместо этого она отправилась в коридор, взяла там свою куртку и вышла на улицу. Ее не пугала темнота, гораздо страшнее было сидеть в неведении и думать о всех тех ужасах, которые лезли в голову. Ворлоки не могли вернуться в этот город. Райли даже не уверена, что ворлоков стоило бояться больше, чем кого-то еще...
Путь девушки пролегал по безлюдным улицам, под светом далеких и маленьких, как острие иглы, звезд. Слабость росла, а вместе с ней усиливалась и тревога. Райли невольно оглядывалась назад, ей все время казалось, что кто-то глазеет из темноты, но каждый раз, оборачиваясь, ведьма замечала лишь пустую черную улицу. Ни огонька в окнах домов, ни шуршания шин на проезжей части. Только мрак и пустота.
Девушка не помнила, как она дошла до нужной улицы. Ни одно окно в здании участка не подсвечивалось. Это значило, что Мики не оставался там.
Оглядевшись, Райли поняла, что знакомая машина не стояла у входа. Она могла быть либо на дальней стоянке в конце улицы, либо… Райли не думала о других вариантах. Преодолевая слабость и волнение, девушка упрямо продолжила движение.
Ей понадобилось около пяти минут, чтобы дойти до служебной парковки. Райли огляделась, стараясь преодолеть расстояние быстрее. Сердце ее билось в горле, а ладони взмокли, словно она только что держала в руках пакет из морозильника.
Девушка подошла ближе к служебной машине. Горло ее тут же сжалось.
— Что это… — ведьма опустилась на одно колено возле переднего колеса.
Мобильный Мики, расколотый на две половинки, лежал на земле. Райли потянулась, чтобы взять его в руку, но потом вспомнила: Мики всегда говорил, что не нужно трогать то, что может оказаться потенциальной уликой. Райли поднялась на ноги. В темноте детали были едва различимы, но девушка все равно разглядела еще что-то более ужасное: крыло машины было перепачкано кровью, словно кто-то провел по металлу влажной тряпкой, размазывая полосы.
Желудок Райли скрутил спазм. Пытаясь нашарить хоть какую-то опору, она отступила на шаг назад. Этого не могло происходить на самом деле…
====== продолжение 1 ======
Forces still a bit unclear
Lock the doors and hide in fear
Pray to god, will live to be a thousand, but for what?
Everyday I think of this
Weigh it out and take my risks
Waiting for the chance to say enough has been enough
Get in and shut the door
What are you waiting for?
(Afterlife — Smile Empty Soul)
Эм сидел на подоконнике и любовался на далекие звезды. Он прижался лбом к холодному стеклу, чтобы унять мысли. Его тело не прекращало меняться: конечности, уши, руки, ноги словно не принадлежали своему обладателю. Они превращались с частотой в несколько минут, и, положа руку на сердце, Эм мог сказать, что перемены нравились ему.
Сотни мыслей роились в эти минуты в его сознании, а содеянное начало медленно доходить до парня. Неужели придется теперь жить как на ладони сразу у двоих ворлоков? Что будет, если нарушить хотя бы одно данное слово после того, как они с Мэлом и Данте заключили соглашение? Будет ли это проклятие или смерть? Пока никто из троих друзей это не представлял, как осуществить задуманное и навсегда зарыть топор войны.
После заключения договоренности Мэл просто вышел из кухни — переваривать свои темные мысли в гордом одиночестве. Данте некоторое время остался сидеть и смотреть в одну точку, тоже осмысляя произошедшее, но затем он взглянул на Эма, извинился и попросил дать ему хотя бы минуточку отдыха, так что парню не представилось шанса поговорить ни о чем из того, что так усердно вертелось на его языке. Эм провел время в компании Элая и Дагона, которые пытались хотя бы как-то помочь советами, но когда ему надоело докучать братьям, он ушел курить на окно. Ему тоже хотелось немного побыть наедине с собственными мыслями.
