Эмбер понятия не имел, что это еще за новая сущность, лично он с ней сталкивался впервые. Он открыл рот, закрыл его. Слова и определения этому явления потерялись в его голове.
— Самые веселые? — спросил Данте, продолжая делать это жуткое, несвойственное ему лицо. — Самые придурки! — зло рыкнул Эмбер и встряхнул свою толстовку, чтобы Данте тоже достались капли.
Тот заслонился, а затем отряхнулся, как пес.
— Да ладно тебе. А ты русалочка! — он вышел вперед и начал по-рыбьи открывать рот.
Эмбер стиснул зубы. После их разговора у пруда Данте словно подменили. Было сложно сказать, что его так развеселило. Но сейчас он не вызывал ничего, кроме раздражения.
Его подколы и собачий лай не смолкали до самого дома. Эмбер немо молил небеса или того, кто был в ответственности за всех колдунов, избавить его от этого проклятия. Но проклятие не исчезало. Оно черноволосой тенью преследовало до входной двери и продолжало смеяться, смеяться и скалиться, как маска на параде шутов.
Эмбер едва держался, чтобы не наподдать ему. Однако в последнее время ему слишком многое сходило с рук, он все еще подозревал, что Данте может психануть в любой момент и снова стать злобным людоедом. Неизвестно, что оказалось бы хуже…
— Рыыыыбкааа, — прошептал колдун Эму на ухо уже у входной двери, наваливаясь со спины. — Еще одно слово… — Эм гневно обернулся, но бестия тут же со смехом растворилась в ночи и высказывать свои претензии оказалось некому. — Я тебе покажу рыбку, маньяк чертов, чтоб вас всех разорвало на несколько бесов, — Эм гневно хлопнул дверью, наконец чувствуя себя в безопасности.
Он прошлепал по коридору, продолжая ругаться.
Эм запустил в машинку свою толстовку и майку. Развесил в ванной куртку. И только сделав это, пошел к себе в комнату раздражаться уже там.
Однако, когда он оказался внутри, тут же едва не застонал. Ему в нос ткнулась книга, открытая на странице с изображениями каких-то водных жителей.
— Тритон обыкновенный. Как тебе? — предложил Данте, указывая на фотографию уродливой земноводной ящерицы. — Почти как та, которая загнала тебя в мир кошмаааров.
— Это моя комната. Ты не возражаешь?
— Нет, — намек пролетел мимо. — Я не возражаю.
Данте нагло плюхнулся на кровать, сбивая покрывало.
— Данте? Я устал, серьезно… — Эмбер хотел согнать его с кровати. Но тот продолжал игриво скалиться оттуда и ни на секунду не думал сворачивать вечеринку. — А то что мне будет? — Заморожу, — Эм устало зевнул. — И не говори мне, что ты мой создатель и на тебя это не действует. — Но это так и есть. — Мне все равно. Я спать хочу и мне прохладно. Двинь! — Полегче. Я тоже много чего могу. — Дантаниэл перехватил запястье мальчишки, который толкал его в сторону.
Его тон стал многообещающим. До Эмбера плавно начало доходить. Он поднял глаза и увидел все тот же, такой знакомый взгляд хищника. Он уже встречал такой же. Два раза.
Тело моментально стало ватным. Эмбер совершенно забыл про эту часть договора. Он рванулся, чтобы высвободить свое запястье, но Данте не дал ему сделать этого. Он дернул мальчишку на себя, заваливая его на кровать и подминая своим весом.
Эмбер метнулся под ним. Потом еще. Но ворлок был слишком силен. Запах его тела защекотал ноздри – свежий, немного смешанный с запахом волчьей шерсти.
— Пусти, — тихо и серьезно попросил Эмбер.
Должна же была остаться в Данте хоть капля той, вменяемой сущности?
Она, как казалось, осталась, но в то же время трансформировалась в нечто иное. Дантаниэл был спокоен. В нем не осталось звериной дикости и резкости, которые Эм наблюдал в его повадках раньше, но и на человека он был похож лишь отдаленно. В какие-то моменты больше, в какие-то — меньше.
Разные глаза ворлока внимательно изучали немного вздернутый нос и широкие брови блондина, присматривались к его чертам. Эм ощутил себя лягушкой на предметном стекле микроскопа, и это ощущение оказалось не самым приятным.
— Ты очень странный, — ворлок подул на его челку. — Напоминаешь мне кое-кого. И в то же время ты другой. У тебя совсем отсутствует чувство самосохранения.
— Не согласен. Рядом с тобой я постоянно держу его включенным, — сказал Эм.
— А знаешь, что я могу видеть некоторые вещи наперед, Эмбер? Не только то, что происходит сейчас, или твои мысли… — голос ворлока пошел на понижение.
— И что там? Как я найду способ убрать тебя из своей жизни?
— О, нет. Этого не случится. Зато: можешь ли ты представить, как ты ноешь подо мной. Совсем не от боли… Твои пальцы дрожат, ты сам стаскиваешь с меня одежду… Ты умоляешь меня делать это с тобой как можно дольше, — ворлок говорил и говорил, а Эмбер тихо растворялся в одеяле от ужаса. — Твои губы полуоткрыты в сладком стоне. С них срывается имя, мое. Забавно… Я думал, рыбки не умеют говорить…
— Такого никогда не будет… Ты получаешь то, что хочешь, силой. Это нечестно! — Эм подался чуть вверх, чтобы оттолкнуть Данте грудью. Тот лишь улыбнулся, задержав похотливый взгляд на его аккуратных сосках.
— Будет. Ты уже начинаешь испытывать смешанные чувства. А я… просто немного помогаю тебе.
