— Ага, конечно, — мальчишка Кэрроу, который на вид был бы обычным дрочливым пареньком, если бы не фамильный перстень размером с яблоко, встряхнул баллончик с волшебной краской. — Что, говоришь, сделать?
Баллончик вдруг раздулся и выплеснул краску ему в лицо. Кэрроу завопил.
— Я сказал: смой эту дрянь! — Джеймс схватил мальчишку за грудки.
— Ты что делаешь?! — напустились на Джеймса его дружки, но не сделали и трех шагов, как мантии обхватили их за ноги и они кучей повалились друг на дружку.
Лили опустила палочку.
— Либо вы смываете это, либо мы вместе идем к профессору Слизнорту! — сказала она, усевшись на корточки рядом с одним из павших и попыталась было его поднять, но мальчик шарахнулся от неё как от мантикоры.
— Не трогай меня, грязнокровка!— завопил он и его язык тут же приклеился к нёбу.
Джеймс снова указал палочкой на Кэрроу.
— Ну? Будешь смывать, или тебе тоже язык узлом завязать? Я всё, что хочешь могу узлом завязать!
— Я всё отцу расскажу! — выкрикнул Кэрроу, пытаясь вырваться.
— Смывай, — приказал Джеймс, ткнув наследника древнего и богатого семейства рожей в стену.
— Джеймс! — предостерегающе молвила Лили.
— Смывай, или я сам тебя разукрашу так, что твой папаша тебя и не узнает.
Кэрроу попыхтел немного, но всё-таки достал палочку и убрал со стены свои художества.
— На своих нападешь, Поттер? — прорычал третий мальчишка, когда Лили сняла с них чары и они смогли наконец встать на ноги. — Чистокровные не нападают на чистокровных!
— Поуважительнее, приятель, — придавил Джеймс. — Для такой сопли как ты я «мистер Поттер», шепотом и с придыханием.
— Это он для своей грязнокровки старается, — буркнул Кэрроу, едва слышно и явно пугаясь. А потом зыркнул на Лили: — Грязнокровая подстилка! — выплюнул он, явно повторяя за кем-то.
Ну тут-то шлюзы терпения и прорвало.
И уже потом, когда Кэрроу, с разукрашенным нарывами лицом проревел какие-то извинения (Джеймс держал его за шкирку и диктовал текст), а потом рванул в поздемелья со своими дружками, Лили сказала:
— Вот видишь? — она указала ладонью в направлении их затихающих шагов. — Видишь? Если бы ты действительно ничего не сказал, они бы не болтали!
— Если кто-то будет болтать, просто говори мне?
— Да? — ужасно саркастичным тоном поинтересовалась Лили. — Сегодня в туалете Патриция Стимпсон назвала тебя грязнолюбом и сказала, что не против отравить меня, чтобы прибрать тебя к рукам. Я наслала на неё сыпь и теперь они говорят, что грязнокровки совсем страх потеряли, нападают на чистокровных.
Джеймс молчал. Он и не думал, что эта хрень так завертится.
— Все знают, что Фабиан и Марлин спят, — с досадой проговорила Лили. — Но никто не болтает про них, потому что Фабиан не болтает об этом на каждом углу. А теперь ты выставил меня идиоткой, я поздравляю тебя.
Джеймс молчал.
— Зачем Снейп приходил к тебе в крыло? — глухо спросил он. Момент, безусловно, был неподходящий, но он ничего не мог с собой поделать. Этот вопрос грыз его уже который день. — Я видел, как он пялится на тебя. Ты что, простила его? Простила?
Лили посмотрела на Джеймса круглыми глазами.
— Джеймс, ты ревнуешь.. — у неё вырвался нервный смешок. — К Снейпу?
Они уставились друг на друга.
Джеймс моргнул, потом пренебрежительно хмыкнул, дернул плечом и сказал:
— Нет.
Лили вдруг прыснула и тут же отвернулась, поспешно закрываясь рукавом мантии.
— Чего? — Джеймс растерялся.
— Джеймс, а к Слизнорту ты меня не ревнуешь? — она посмотрела на него. Зеленые глаза так и брызгали весельем. — А то вдруг он поставит мне завтра «П», а ты и ему захочешь рассказать, как мы с тобой кувыркаемся!
— Ха-ха, Эванс, — скривился Джеймс.
— Ладно. Ты хочешь знать зачем Северус приходил ко мне?
Джеймса покоробило её «Северус», но он сдержался и кивнул.
Лили уперлась в стену спиной, подложив под неё руки.
— Он мне признался, — просто сказала она.
— В чем? — тупо спросил Джеймс. Лили устало склонила голову набок.
— В том, что спит в пижаме с утятами, Джеймс! — она опять уставилась в сторону и добавила, правда уже спокойно: — Сказал, что любит меня. Я не понимаю, чего он хотел этим добиться, но он стал таким странным после каникул. Говорил какую-то ерунду, говорил, что больше не может это скрывать, что чуть не потерял меня. Ещё сказал, что в Хогвартс скоро придет беда. И что он поможет мне, но только при условии, что я соглашусь быть с ним, — после слова прозвучали горько. — Хоть в чем-то он не изменился.
— И...что? — спросил Джеймс, когда немножко справился с желанием немедленно пойти и оторвать Снейпу его «любилку».
