— Вы вступились за нас, когда Рокс чуть не прикончила меня на вашем уроке. Вы её не выдали. А если её исключат, ей некуда будет пойти. У неё никого, кроме меня, — зло проворчал Сириус.
Джекилл коротко посмотрел на них и тут же часы на его полке пробили семь часов. Профессор бросил какую-то стеклянную палочку в одну из пробирок.
— Вам стоит спуститься на ужин, Сириус. Идите, я прослежу, чтобы с Роксаной ничего не случилось.
— Я бы хотел остаться с ней...е...если можно, конечно, — поспешно добавил Сириус.
У Джекилла опять что-то не заладилось и пыхнуло, он горько вздохнул, взмахнул полотенцем, разгоняя пар и вытер руки.
— Можно, почему нет, — он тепло улыбнулся. — Что же, в таком случае я предлагаю перекусить прямо здесь, — он махнул на заваленный книгами и свитками стол у камина. Надо сказать, в кабинете у него царил форменный бардак, как в башне какого-нибудь престарелого алхимика-фанатика.
У Сириуса уже давно живот подводило от голода, так что он и не подумал отказываться. И уже через несколько минут на кое-как очищенном столе появилась тарелка с сэндвичами и чай.
Сириус уминал бутерброды, а сам время от времени смотрел на кушетку. У него внутри снова сцепились гиппогрифы — один ненавидел Роксану за измену, другой — переживал за неё и за то, какой она проснется...
— С ней всё будет хорошо, не волнуйтесь, — сказал Джекилл, поймав его взгляд. — К счастью, это лекарство не так сложно составить, — добавил он со странной горечью и вытер рот салфеткой.
Сириус взглянул на алхимический стол и его извечная, взращенная вместе с Джеймсом в ночных коридорах Хогвартса любовь к розыгрышам, шалостям и всяким интересным штуковинам, заставила его заинтересоваться. С помощью такой мини-лаборатории они с Джеймсом могли бы начать изготовлять свои собственные волшебные штуковины, наподобие тех, что продаются в этом новом магазине «Зонко».
Интересно, зачем он нужен Джекиллу?
— Вы занимаетесь каким-то экспериментом? — спросил Сириус, отхватывая от сандвича кусок — совершенно по-собачьи. Джекилл чуть сузил глаза, проследив за этим жестом. — Я такое только у Ана...профессора Слизнорта видел в кабинете.
— Я ведь не всегда был и буду преподавателем. Это, — он махнул на стол. — Такая же часть моей работы, я занимаюсь... особенными исследованиями и участвую в разработках зелья, которое могло бы подавлять в волшебнике ту часть магического сознания, которая отвечает за пробуждение и развитие Темной магии. Это труд всей моей жизни. К счастью, работа в Хогвартсе позволяет мне продолжать мои исследования, вот только с... подопытными проблема, — он коротко и безрадостно улыбнулся. — А сейчас я помогаю мадам Помфри, но увы, пока что безрезультатно, — добавил он с неожиданной злобой.
— Помогаете? — нахмурился Сириус. — Это насчет эпидемии туберкулеза, о которой все говорят?
Джекилл покачал головой и горько вздохнул.
— Эпидемия... — он снял очки, потер глаза и водрузил очки на место, сцепив длиннопалые бледные руки в замок. — То, с чем мы столкнулись, не имеет ничего общего с магловской болезнью, о которой говорит «Пророк», чтобы успокоить общественность. Боюсь, мы столкнулись кое с чем куда более опасным и непредсказуемым, — он посмотрел на Сириуса. — Примерно час назад в больничное крыло привели шестикурсника Дирка Крессвелла. Он закашлялся кровью в одном из коридоров, а когда его доставили в медпункт, кровь уже шла у него из носа. Он ведь с вашего факультета, Сириус, вам известны некоторые подробности касательно этого студента?
В голове Сириуса пронесся целый вихрь и вдруг безошибочно выдал один-единственный факт.
— Крессвелл — маглорожденный, — прошептал он, кладя на тарелку остатки сэндвича.
Джекилл покивал, невидяще глядя в огонь, пляшущий в кирпичной кладке камина. А потом огорошил Сириуса:
— Как и все до единого заболевшие. «Пророк» умалчивает об этом, чтобы не поднимать панику. Но паника уже неизбежна, потому что скрывать правду дальше просто невозможно. Это вовсе не эпидемия и не магловский туберкулез, Сириус. Мы имеем дело с проклятием. Самым масштабным проклятием за последние сто лет.
Английская детская песня: Once I saw a little bird…
Перевод М. Бородицкой.
====== Великая и ужасная Хрень ======
Глава посвящается Майе Черемновой.
Мародеры
— Как по мне, так всё это какая-то жуткая хуета, Бродяга.
Они сидели на смотровой площадке Астрономической башни. Темно было как у взрывопотама в жопе. Сириус сидел на полу у стены и курил. Джеймс — на самом краешке площадки, свесив вниз ногу и перебрасывал из одной руки в другую снитч. Мячик терпел и даже не пытался улететь. За почти что пять лет в руках Сохатого он всякого натерпелся. Теперь Джеймс нашпиговал его атмосферными чарами и мячик был горячим, как из печки.
Время близилось к полуночи. Джеймс и Сириус ждали Хвоста, чтобы наконец начать первый этап Диверсии. Хвост опаздывал, площадку продувало со всех сторон и, чтобы немного согреться, они понемногу пили огневиски из бутылки с надписью «Йогурт».
— Не может быть, чтобы не было никакого средства, — поморщился Джеймс, возвращая флягу Сириусу. — Он прямо так и сказал?
