Босс помог мне вместе с Котом перебазироваться в новый дом, потом просидел там со мной весь вечер и лишь под утро, когда я заявила, что хочу лечь спать, отправился к себе.
А я спать не легла. Пошла бродить по дому, осматривая комнаты. Кот и Золотце вдвоём сопровождали меня.
Кот шёл впереди, а Золотце на плече сидел и раздражённо шипел мне в ухо:
– Вот что ты делаешь, хозяйка? Ты совсем что ли рехнулась? Зачем, ты энергетику на дом сливаешь?
– Я не сливаю, отстань. Я формирую вокруг себя знакомые вибрации, мне тут приятно будет. Находиться в этой атмосфере. Она будет способствовать моему погружению в стихию.
– Так я тебе и поверил, как же…
– Зря ты мне не веришь, хороший мой, поскольку это правда. Я формирую мою крепость, мой защитный контур. Да, немного снижу свой уровень за счёт этого, но это временно. Временно! Потом дом начнёт повышать уже мой. Начнётся обратный процесс.
– Я представляю, как эту чушь озвучиваю владыке, и он в ярости трясёт меня за хвост и орет, что в подобный бред могут поверить лишь умалишённые.
– Что тебя убедит, что это правда? Я готова попытаться доказать тебе, что это способ принятия стихии, а не просто слив энергетики. Я ведь пользуюсь сейчас ею, пользуюсь, мой хороший. Она помогает мне сформировать в этом мире абсолютно безопасное для меня место. Ты ведь сам хотел, чтобы я пользовалась ею. А теперь недоволен. Да, объект большой и потратила я много, но вибрацию я сохранила и набирать потихоньку начну.
– Меня убедит, то, если Нору сейчас сюда принесёшь, и от неё запитаешься.
– Ой, нет. Только не эту… даже слова не подберу как её назвать. Нет. Я не знаю, что меж нами произошло, но один её вид у меня приступ тошноты вызывает и отторжения. Отвратное существо. Вот отвратное прям.
– Да ладно тебе. Она раскаялась, будет верно и преданно служить тебе. И даже не помыслит больше хоть чем-то тебя огорчить. Поверь мне. А вот ты вольна творить с ней всё, что пожелаешь. Поэтому не понимаю, что тебя так в этом раскладе напрягает. Подданных надо уметь принимать любых. И строить к своему удовольствию. Ты раньше умела, а сейчас придумываешь проблемы на пустом месте.
– Чем она меня обидела?
– Лично тебя ничем. Поэтому я не понимаю твоей реакции. Ну да, позлорадствовала за спиной, но была очень жестоко наказана и раскаялась. Именно поэтому ей дали шанс заслужить твоё расположение. Но ты опять глупо упёрлась без причины.
– Золотце, причина есть, и ты должен о ней знать.
– Твоё глупое упрямство единственная причина! Мне иногда укусить тебя хочется, до чего ты упряма.
– Укуси, – согласно кивнула я, – вдруг тебе и правда полегчает от этого. Меня это порадует.
– А меня порадует, если ты упорствовать прекратишь. Вот знал бы, что это поможет, укусил бы. Но ведь бесполезно… – Золотце тяжело вздохнул и безвольной тряпочкой повис на моём плече.
– Прекращай, терпеть не могу, когда ты такой, – проговорила я, возвращаясь в центральную гостиную дома, где располагался большой мраморный камин. – Я не ушла за минимум, я использовала родную энергетику и обустроила свой дом. Чем ты недоволен? Сейчас вот камин разожжём и посидим у огня. Заканчивай изображать умирающего лебедя.
– Вот как пить дать в ближайшее время меня прикончат, – театрально чуть приподняв голову, проговорил он и вновь обессилено уронил её вниз, а потом чуть скосил взгляд и добавил: – А вот и гонец с вестями. А я ведь предупреждал.
Кот прижался к моим ногам и испуганно зашипел. Я повернулась и увидела знакомое мне чудище у камина.
– Привет, – стараясь не подать вида, что испугалась, проговорила я. – Ты что-то сообщить пришёл? А я тут новое жилище, чтобы оно подписывало меня родной энергетикой обустраиваю. Нельзя было?
Чудище шагнул ко мне ближе и, опустившись передо мной на колени, хрипло выдохнул:
– Руку дай.
Кот моментально отпрянул в сторону и вскочил на ближайший подоконник, а я протянула чудищу руку.
Он тут же обхватил её своими конечностями и прижал к своему лбу.
В то же мгновение на меня обрушился мощный поток его энергетики. Я попыталась руку выдернуть и отскочить, но не смогла, он очень крепко сжимал её. Поэтому я лишь равновесие потеряла и рядом с ним осела на пол.
Золотце в это время, резко перестав изображать умирающего, перелетел на плечо нашего гостя и заорал ему в ухо:
– Нельзя так резко менять её баланс! Она может не справиться! Прекрати немедленно! Прекрати!!!
После чего повернулся и явно со всей своей силы впился зубами ему в шею.
Отпустив мою руку, чудище схватил моего дракона, пытаясь его от себя оторвать, и тут уже я, приподнявшись, вцепилась руками ему в его лапы, завопив: «Не трогай, Золотце!»
– Да не трогаю я его, не трогаю, – чудище тут же разжал свои лапы и опустил их. – Сама ему скажи, чтобы кусаться прекратил.
– Золотце, отпусти его, немедленно, – проговорила я, поднимаясь с пола, хватая своего дракона в охапку и утаскивая его в сторону. – Нельзя кусаться, мой хороший. Нельзя.
– Ещё не так укушу, если ещё раз посмеет таким перепадом энергетики тебя нагрузить, тварь умалишённая! – выдираясь из моих объятий, рычал дракон.
