– Алина Викторовна, – старший из охранников поставил сумки в коридоре и повернулся ко мне: – Вы не станете возражать, если мы на лестнице подежурим?
– Хорошо, Андрей, дежурьте на лестнице, хотя смысла особого не вижу. Я тут надолго. Могли бы и в машине посидеть.
– Спасибо, Алина Викторовна, – проговорил он, отступая обратно в общий коридор и замирая у стены. Андрей уже очень давно был моим охранником и научился давать мне понять, что хоть и подчиняется непосредственно мне, но инструкции нарушать не будет даже под моим прикрытием, и босс его за это очень ценил. Я подозреваю, что докладывал он ему даже количество шагов, которое я прошла.
Я тем временем закрыла дверь и повернулась к уже вышедшему в коридор Аркадию:
– Аркашенька, не надо сверлить Галю таким взглядом, я всё равно её не отпущу, поскольку хочу поближе познакомиться, воспользовавшись случаем, предоставленным мне Вселенной, там в коридоре моя охрана, не забывай, и она отсюда никого без моего разрешения не выпустит, поэтому лучше помоги ей, пожалуйста, тапочки мне найти, а потом сумочки мои разобрать и продукты на стол разложить. Кстати, запах курицы божественен. Я отсюда его чувствую. И уже сглатываю голодную слюну. Давай, не нервируй меня, дорогой, и не порть и так порядком испорченное настроение.
– Ох, Алинка, тебя не переспорить, конечно, ты жутко упрямая, я знаю. Галь, и ты тоже хороша, весь кайф от посиделки мне обломала. Теперь ни поговорить, ни расслабиться. Двадцать раз попросил: дай нормально с хорошим другом поговорить. Нет, курица у неё видите ли не готова ещё… Кстати, Алин, кто настроение-то тебе испортил?
Надевая тапочки, я иронично хмыкнула:
– У меня, Аркаш, последнее время стресс на стрессе. Сначала Илья разругался со мной из-за девочки, в которую влюблён, до такой степени, что ушла я в свой дом, потом чуть всех детей едва не отравили праздничным тортом, благо Джесси бросилась и съела его вместо них и погибла в мучениях, то налоговики хотели на пустом месте прижать и с ордером на арест нас разыскивали, то Димка взъелся на Оксану из-за того, что она забеременела, и мне пришлось в обмен на их примирение клясться, что не разведусь с ним ни при каких обстоятельствах, да и так по мелочи хватает. Что ни день, то новая ерунда случается. Сейчас вот Оля с Дашей чудят. Так что, чтобы не свихнуться, я уже стараюсь ни во что не вмешиваться и ото всего абстрагироваться.
– Ой, Алин подожди. За эти несколько месяцев столько всего случилось? Серьёзно? И Джесси погибла? И дети чуть не отравились? Кстати, ты-то как не почувствовала?
– А меня не было на празднике, говорю же, Илья разругался со мной тогда. Сейчас, правда, мы уже помирились, но тогда старались даже не встречаться.
– И твой босс не вмешался?
– Аркаш, ты так и будешь меня в коридоре допрашивать? Я есть хочу. Там курица пахнет. У меня желудочный сок вырабатывается от запаха, и в отсутствии пищи сейчас съест меня изнутри. Ты хочешь, чтобы гастрит у меня начался?
– Алинка, гастрит от запаха курицы не начинается, уж мне, как врачу, не надо такую ерунду рассказывать, – с усмешкой возразил он.
– Аркашенька, запах курицы он будет последней каплей, которая может заболевание спровоцировать. У меня нервы, стрессы, возможно, эти, как там их там, хило или хилоко- бактерии, забыла как правильно, которые это всё возбуждают, и на фоне этого всего, я раз, и заболела от избыточного выброса в желудок желудочного сока. Вот зачем тебе это? Незачем ведь. Поэтому срочно зови меня и Галю к столу, и будем есть.
– Выдумщица ты, Алинка. И спорщица. Ладно, пошли за стол, а то ведь и правда заболеешь лишь для того, чтобы мне доказать, что сказанная тобой глупость, это совсем не глупость. С тебя станется. Пошли.
Мы прошли на кухню, Аркадий принёс ещё один стул и придвинул к небольшому заставленному всякой закуской и салатиками столу. Галя, нервно теребя перед собой руки, попыталась ещё раз передо мной извиниться и всё же сбежать, но я в ультимативной форме велела ей достать ещё один комплект посуды и приборов, потом усадила на принесённый Аркадием стул и предложила выпить за знакомство.
– У меня завтра дежурство, я не могу, – вновь запротестовала Галя.
– Галечка, зачем Вы опять мне врёте? Вы не рады знакомству со мной и хотите его избежать любой ценой? Что Вам такого страшного обо мне наговорил Аркаша, что Вы столь категорично не желаете со мной выпить? Он сказал, что я буйная алкоголичка или что? – иронично осведомилась я, пристально глядя на явно смутившуюся от этих слов Галю.
– Алин, прекращай. Галка сейчас со стыда сквозь землю явно провалиться готова, хоть дама абсолютно не робкого десятка. Но ты ведь умеешь, умеешь, моя хорошая, любого смутить. Выпьет она с тобой, и знакомству она, скорее всего, рада, поскольку рассказывал я о тебе много и ничего плохого не говорил, клянусь. Просто поймала ты нас в ситуации, когда не готов я был ещё вас знакомить. Мы только начали встречаться, и пока никто кроме тебя об этом не знает.
