– Аркаш, наша жизнь столь быстротечна, что тратить ее на соблюдение каких-то сроков приличия на мой взгляд глупо. Ты ведь уже понял, что это твоя женщина. Я вижу это. Тебе хорошо с Галей, Гале хорошо с тобой, так зачем вам скрывать ваши отношения, к чему эти условности? Поэтому наливай, дорогой. Давай выпьем за знакомство и за вас с Галей, чтобы всё у вас было хорошо.
– Эээ, не части. Начнём со знакомства, – проговорил Аркадий, разливая коньяк по рюмкам. – Итак, за знакомство!
Мы выпили, закусили, и я принялась разглагольствовать о том, что главным в жизни является душевное тепло и любовь, которые мы дарим друг другу. Что именно ради этого, наверное, мы все и живём. Всё остальное не столь важно.
– Постой, постой, моя хорошая. Ты намекаешь, что если счастливо проводишь время в кругу друзей и близких, то можно больше ничего и не делать по жизни?
– Понимаешь, Аркаш, для того чтобы уметь дарить душевное тепло с правильной вибрацией надо достичь определённого уровня развития, что-то представлять из себя, вот тогда твоё душевное тепло, твоя поддержка, даже без физического и материального сопровождения, становятся значимыми. К тому же это всё сопровождение ты тоже обеспечить можешь. А вот если уровня ты такого не достиг, то сначала к нему тебе подойти надо, и тут уж не до получения удовольствия от взаимодействия с близкими. Здесь работать надо. Понимаешь, о чём я? А то мне тут Илья в свои четырнадцать заявил, что хочет, чтобы мы с его отцом обеспечили ему возможность находиться рядом с любимой. И когда я объяснила, что для получения дивидендов сначала самому поработать надо и заработать их, жутко на меня обиделся, мол, он не хочет ждать. И впал в амбиции, когда я сказала, что это всё лишь после совершеннолетия и лишь за собственный счёт. Вот ты уже можешь ничего не ждать. Ты на уровне, таком уровне, что можешь себе позволить всё и сразу. А кому-то повкалывать надо и сначала его набрать.
– С этой трактовкой не согласиться сложно. Только на мой взгляд, всё равно есть определённые правила приличия и нормы морали. Нельзя, особенно на старости лет, забывать о них и давать возможность чувствам мозги отключить. Всё должно идти своим чередом.
– С этим не спорю, лишь поправку внести хочу: когда у тебя есть опыт и уровень, сроки подготовительного процесса сокращаются. Это тебе не холст грунтовать или инструменты стерилизовать, где время подготовки стандартно, да и то лишь пока новые технологические процессы не открыли, а то ведь и стерилизация инструментов моментальной стать может. Ты должен уже интуитивно чувствовать: кто с тобой рядом и насколько тебе с ним легко. Ты думаешь, я Галю просто так остановила? Я, Аркаш, почувствовала, что вы с ней синхронизированы. Это сложно объяснить, но поверь на слово, она твоя половинка. Поэтому не теряй времени даром. Я не к тому, чтобы Вы как-то отношения оформляли, а к тому, чтобы не скрывали их, и наслаждались по полной. Вы замечательная пара. И я рада, что вы нашли друг друга. Давай, за вас выпьем, чтобы все хорошо у вас было. Я очень хочу, чтобы ты счастлив был. Вот очень-очень. Всей душой тебе этого желаю.
– Алинка, ты вроде только пригубила, а рассуждаешь, будто одна всю бутылку уговорила. Что с тобой?
– Я устала от неприятностей, Аркаш. Сейчас к тебе пришла и так хорошо на сердце сделалось. Хочу, чтобы и дальше ты таким же счастливым был. Видеть тебя таким для меня несказанное удовольствие. Наливай давай.
– Так ты и не допила ещё.
– Себе наливай, нам с Галей освежи, надо же к такому тосту за вашу любовь подготовиться.
Мы выпили за них, а после Галя, очень тихо проговорила:
– Алина Викторовна, Вы ведь меня не спрашивали ни о чём, вряд ли что-то обо мне знаете, почему Вы решили, что я подхожу Аркадию Львовичу?
– Галь, давай ко мне на ты и по имени. Ладно? Это первое. Второе, вижу я это и чувствую. Ты любишь Аркадия, и готова подстраиваться. Ему именно такая женщина нужна. Вы счастливы будете, если, конечно, по глупости какой-нибудь не разбежитесь. Он гордый очень, и обидчивый. И ещё он диктатор в какой-то мере, лишь ты со своей природной мягкостью и обаянием сможешь его осчастливить и подарить ему радость семейного уюта и тепла.
– Алинка, как красиво обыграла, а я ведь ждал других слов, особенно после того как диктатором обозвала. Ждал, что скажешь: сможешь обыграть, склонить в нужную сторону. Женщина это шея. А ты что-то женской солидарности не проявила.
– В семье игры дело неблагодарное, Аркаш, – поморщилась я. – В семье оба на общее благо настроены быть должны. И оба должны понимать, кто ведёт игру, а кто тыл обеспечивает. И ведёт игру не обязательно мужчина. Но вот ты лидер однозначно и с другим лидером не уживёшься по определению.
– То есть с тобой бы не ужился?
– Не-а, – выдохнула я, помотав головой. – Не ужился бы. Я обожаю играть соло. Как Димка меня терпит, диву даюсь.
– Не особо и терпит, если Оксана забеременела всё же, – Аркадий непроизвольно поморщился.
