Кристина Величко — молодой, успешный врач-анестезиолог. Многие завидуют ее прекрасной семье и удачной карьере. Шутка ли — ей нет еще и тридцати шести, а уже заведующая отделением? Красивая, волевая, умеющая с каждым найти общий язык. Но за картинкой, которая видна окружающим, есть то, что давит невыносимой тяжестью на плечи самой Кристины.Трое мужчин. Каждый из них по-своему дорог ей, каждый многое значит. Каждый причинял ей боль, лишая Кристину возможности что-то решать в своей судьбе. И ни один из них не хочет и не может отпустить ее. Вопрос в том, с кем в конце концов захочет остаться сама Кристина?
*отсыл к Тетр
— Ты сама хоть доедешь до дома?
Кристина подняла глаза на Руса. Было видно, что он вымотан до предела. Хирургический костюм измят, мокрый под руками и на груди от пота. Да и на спине тоже наверняка. Под глазами вдавление от маски, вокруг рта жесткие кожные заломы от того, что напряженно сжимал зубы во время операции.
Неудивительно — у них выдалась тяжелая ночь. Для всех, кто дежурил. Две операции, двое пострадавших в аварии. Лоб в лоб. И ведь пацаны совсем. Еще бы бегать и бегать, вся жизнь впереди! А теперь — один без ноги. У второго кишечник собирали по кусочкам, про селезенку — и вспоминать нечего. И у обоих — прогноз неясный, состояние крайне тяжелое. Хоть и прооперировали, а непонятно пока: выживут ли?
Слава Богу, смена окончилась.
Она — анестезиолог — измотана, что уж про хирургов говорить? Даже придираться к тому, что Руслан снова курит в кабинете, не открыв окно, не хотелось. И сил не хватало напомнить ему о том, что и сам прекрасно знал — как вредно это.
Будто и так не знала, что ответит:
«Наша работа в сто раз вреднее, Кристя, не парь мозги!»
И не поспорить же. Не после такой ночи. Где бы самой силы найти и заставить себя подняться? Как до собственного кабинета дойти и переодеться?
— Кристя? Ты спишь на ходу, что ли? — снова позвал ее Рус, так и не дождавшись ответа. — Не ехала бы ты сама…
— Да я и не поеду, — вяло отмахнулась Кристина, откинувшись затылком на спинку кресла.
Удобные у Руса кресла все-таки. Главврач, как ни крути. Может, намекнуть, чтоб не борзел и ей хоть одно такое прикупил? Наверняка же не на госфинансирование тут обставился…
Хоть и наговаривать или упрекать — грех. До сих пор не отказывается от работы и операций. Регулярно спорит по этому поводу с горздравотделом, а продолжает «в поле пахать». За это Кристина его еще больше ценила и уважала.
— Мою машину Рома еще вчера на СТО отогнал, там что-то стучать стало и датчики какие-то горели постоянно. Сказали, дня два проверять всю электрику будут.
— Ясно, — Рус выдохнул сизый дым. — Так тебя Роман заберет? — он тоже откинулся в кресле всем телом.
От этого движения в пройме хирургической рубахи блеснула тонкая золотая цепочка с крестиком. Рус даже не потянулся, чтобы привычно поправить. Суеверным был. Нательный крест на то и «нательный», чтобы от чужих взглядов скрыт был и от сглаза защищал. Устал. Или ее взгляда не боялся?
Хотя и устал зверски. Ясно же. Сколько раз она его в таком состоянии видела? И не перечислить.
— Нет. У него сегодня у самого ночное. Будет отсыпаться до предела. Такси вызову. Благо, с этим никаких проблем нет.
Господи! Кристина растерла лицо, стараясь взбодриться. Так устала, что едва глаза открытыми держит. Но увидела саркастичную и насмешливую гримасу, которую скривил Рус после ее слов. И его ехидное фырканье.
— Капец, Кристя! Ну и муж у тебя! — Руслан раздраженно затушил окурок в пепельнице.
Она закатила глаза. Потянулась всем телом, стараясь расслабить мышцы.
— А почему он свою машину тебе не отдал?! — все еще возмущался Рус.
— Руслан, — произнесла с предупреждением. — Нормальный у меня муж. Он меня привез на работу вчера. Но надо же, чтобы и у них авто осталось на всякий случай. Ты сам, небось, тоже вчера утром не по городу носился, а отдыхал.
— Я вчера утром в здравотделе отчитывался. А потом — в отделении был. Будто ты не знаешь, Кристя, — возразил Руслан суровым тоном. — А даже если бы отсыпался, сумел бы свой зад с дивана поднять, чтобы жену с ночного дежурства забрать. Чай, не отвалилось бы ничего.
Собрался весь как-то, его усилие ощущалось, поднялся с кресла. И тоже потянулся. Сделал пару резких боковых выпадов, словно в боксе. Тоже мышцы пытался расслабить.
— Ну ты — да, Карецкий! Ты бы — конечно… — протянула с иронией она, одарив его ехидным взглядом сквозь ресницы.
Получила от Руса сердитый взгляд с предупреждением.
— Ладно, с Романом я сам поговорю потом, с тобой бессмысленно спорить. Упрямая, как баран.
— Кто бы говорил, — хмыкнула Кристина, игнорируя сарказм.
— Иди, переодевайся. Я тебя отвезу, — не обратив внимания на ремарку, все тем же тоном решительно распорядился Рус. — Все равно по дороге.
Настал черед Кристины ехидно фыркать.
— Тебя самого за руль пускать нельзя, Руслан Альбертович. А все туда же. Командуешь, — поднялась, упираясь в подлокотники. — У меня есть лучше идея: давай одно на двоих такси вызовем, — тяжело вздохнула, вновь принявшись тереть свои несчастные щеки. Придавила ушные мочки.
Все без толку — спать хочется невероятно.
