Я оглядела помещение, вновь обратив внимание на импровизированный коридор. Полки уходили все дальше в лоно дредноута. Виднелись отпечатки сапог, не слишком свежие. Вероятно, трюм заполняли с палубы, а значит, последние добытые артефакты складировали у входа.
На некоторых ящиках лежал тонкий слой пыли. Их можно было не открывать: Безумие Думата доставили на корабль не далее как два-три дня назад. Нужный мне груз не успел бы покрыться пылью.
Передо мной шесть ящиков. В первых четырех – ничего полезного, зато в пятом…
Открываю ящик. А вот и Безумие Думата! Я заулыбалась: все удалось!
Я вынула из сумки полученную от клиентки руну, желая убедиться, что артефакт настоящий. Причин думать иначе не было, но я ведь пообещала проверить артефакт. Придвинутая мной руна задрожала, засветилась…
Кольнуло сомнение: что-то не так. От энергии руна гудела, я чувствовала, как реликвия реагирует на нее, но эта магия была неукротимой. Более того, ее сила росла. Голодная сила…
Я полуобернулась, ища глазами Ириан.
– Отличная работа, – раздался голос за моей спиной.
Магия хлынула сквозь меня – я не успела создать защитный барьер. Слишком поздно… Меня окутала энергия, мышцы скрутил спазм. Мой посох со стуком упал, я – за ним, оглушенная; голова отскочила от пола с такой силой, что звезды заплясали перед глазами.
Она вышла из глубин трюма. Одинокая эльфийка. Моя клиентка.
Вместо плотной зимней одежды – простая мантия с вышитым на ней неведомым символом. Волосы зачесаны назад, подальше от острых ушей.
Она шла ко мне спокойно и неторопливо. Спешить и впрямь не было нужды. Я не могла пошевелиться из-за парализующего заклятия, причем довольно сильного. Опустившись на колени, клиентка воззрилась на меня; в ее взгляде смешались жалость и презрение.
Затем, наклонившись, разжала мои пальцы, забрала руну, которую сама же дала мне, с недоверием осмотрела. Она бормотала единственное слово: «Фелассан… Фелассан… Фелассан…» Послышалось гудение – руна загорелась ровным, но неприятным красным светом. Я была достаточно сведуща в магии, чтобы понять: дело дрянь.
– Не зря я тебя наняла. Рада, что ты оправдала мое доверие. Хорошая работа – для шема.
Последнее слово она произнесла чуть ли не с отвращением. Я не могла шевельнуть губами, а тем более нахмуриться; пришлось довольствоваться нелестным мысленным эпитетом.
– Кто втянул тебя в это? – спросила я… или попыталась спросить.
Рот по-прежнему не подчинялся, скованный параличом, как и все тело. Вышло что-то вроде: «Фо фавул хефя фефо?»
Клиентка ухмыльнулась. Думаю, она поняла.
– Я действую по своей воле. Ради Ужасного Волка. Хочу вернуть то, что некогда было нашим – и вновь должно принадлежать нам.
Ужасный Волк! Вот дерьмо. Разумеется, до меня доходили слухи, что десятки эльфов ушли, повинуясь зову какого-то бога. Похоже, я напоролась на одну из них.
– Кунари улизнули раньше, чем я думала. Их и след простыл. Но у меня была ты. Ты нашла их для меня. Нашла оружие. Я знала, тебе это удастся. А теперь взгляни, что именно ты помогла мне совершить.
– А настоящее Безумие Думата?
Я уже могла шевелить губами, но слова все еще давались с трудом.
Эльфийка холодно посмотрела на меня:
– В Минратосе. Или было там… Оно мне без надобности. Как только я забрала его из дворца, сразу закопала.
Выходит, в городе мы нашли подлинник. Его заменили чем-то другим – тем, что позже украли кунари. Но зачем тратить столько усилий, чтобы заставить их это сделать?
Свой ответ я получила. Клиентка подняла руну и прижала ее к Безумию Думата. Казалось, они слились воедино, руна стала частью артефакта – и тот принялся испускать ритмично пульсирующий свет: каждая новая вспышка чуть ярче. Воздух нагревался. Что происходило, я не знала, но явно что-то плохое.
Случилось кое-что еще: энергия из всех открытых ящиков потекла к артефакту. На земле засиял магический кинжал (я бросила его, спеша перетряхнуть весь трюм), от него к артефакту потянулась ниточка магии, и клинок рассыпался в пыль у меня на глазах. Тоже ничего хорошего.
– Хитроумное устройство. Не осколок Черного Города, как подлинное Безумие Думата, но пришедшее к нам из того же времени. Оно притягивает магию, хранит ее, а когда заполнится…
Эльфийка сцепила руки, затем развела их, изображая взрыв. Да уж… плохи наши дела…
– А сейчас – вздохнула она, – боюсь, для тебя наступил конец. Ты весьма находчива. В таком состоянии ты вряд ли можешь что-то сделать, но лучше подстраховаться.
Она вынула из складок своей мантии небольшой кристалл, который тут же начал потрескивать от энергии, и наставила его на меня.
– Утешься, твоя жертва вернет славу истинному народу.
Раздался звук удара плоти о плоть, и клиентка рухнула на пол. За ней, потирая кулак, стояла Ириан. Обойдя скорчившуюся эльфийку, она опустилась на колени и помогла мне подняться. Паралич отчасти прошел, и я, пошатываясь, встала на ноги.
– Ты вовремя… – проговорила я, или что-то вроде того.
Мой рот еще не полностью оправился.
