The Best полностью

КАПИТАН. Пульнул! Пульнул... не присосками же, пулями, как дети, мать вашу! Блядь, напокупают себе всего, пидарасы! А нам ходи всё это разгребай! Ебонат! Откуда у тебя пистолет?! Откуда у вас вообще всё?! Вы откуда, на хуй, прилетели сюда?! Я сколько жил, никак не думал, что в такое ебанатство попаду! Вы откуда все прилетели, вы же, я не знаю, в тех же школах учились, у тех же учителей, у тебя же, блядь, родители — почти мои ровесники, на хуй! Как ты-то получился, из чего?! Вы все?! Этот, блядь, трусы забывает, в бассейн идёт, этот пидарас пуляет, блядь, в соседа по парте... вам чё надо-то в жизни, на хуй?! Вы, вообще, как её прожить хотите?! Этот ещё, на хуй! (Неожиданно разнервничавшийся капитан указывает на сержанта.) Вчера что вы сделали?!

СЕРЖАНТ. Ну, товарищ капитан...

КАПИТАН. Нет, ну как, я вас ни хуя не понимаю, хотя ведь я не старый, а я вас не понимаю, ну что, какие у вас шутки, на хуй?! Ну, как так, напоить рядового, как его...

СЕРЖАНТ. Заварова...

КАПИТАН. Напоить, нарядить в женское, под проститутку и бросить пьяного в «обезьянник»! Нет, ну как, я не понимаю, и ведь вы же, слушай, ведь не такие сопляки все, вам ведь под тридцать лет всем! У меня в ваши годы уже был ребёнок с женой!.. Где вы набрали-то женской одежды?! Колготки такие блядские...

СЕРЖАНТ. Я за мамиными съездил...

КАПИТАН. За мамиными... и не в ломы было?! Нет, ну, я ну, на крайний случай, ну, жене на первое апреля, в день юмора, вместо зубной пасты, горчицы в тюбик пхаю, ну, вот же, — нормальная шутка, ну, а у вас же что?! И, главное, по хую! И по хую, то, что по хую, — а ведь вы же, ваше же поколение, вы же и поезда водите, самолёты, адвокаты, на атомных станциях работаете?! И, главное, на хуя вы работать-то идёте?! Всё по хую, и идут на такие работы ответственные, а потом везде пиздец наступает в обществе!..

ПРАПОРЩИЦА. Успокойся, Стасик...

КАПИТАН. Да ладно... пульнул, бл-л-лядь!.. Пульнул... давай тащи эту рыбу вашу и саке, щас не попробую — уже никогда не соберусь...

РАБОТНИК РЕСТОРАНА — «ПОДДАТАЯ» СЕДАЯ ЖЕНЩИНА В КИМОНО. В смысле, ту?..

Капитан тычет в меню.

КАПИТАН. Вот эту!

РАБОТНИК РЕСТОРАНА — «ПОДДАТАЯ» СЕДАЯ ЖЕНЩИНА В КИМОНО. Так, сейчас...

Японка с судьбой убегает, все стоят и не знают, как реагировать на истерику капитана.

КАПИТАН. Идите в жопу куда-нибудь за соседний столик, чтоб я вас не видел...

Капитан садится, снимает фуражку, кладёт на стол, все остальные встают чуть поодаль, смотрят испуганно на капитана.

Так, пока я сижу и ем, показывай всё как было!.. Только быстро и без остановок на воспоминания о школьной жизни, кто чем занимается, вопрос если зададут тебе, тогда говори, а так — только по делу! Быстро, а то уебу на хуй!

ВЕРХУШКИН. Ну, он встал, пошёл к стойке...

Валя подбегает к столу капитана, за ним — испуганный Верхушкин. Принимаются изображать роковые шаги к стойке.

Пока он шёл, я достал пистолет, у меня есть разрешение, то есть это мой законный пистолет, вот, он подошёл к стойке, о чём-то буквально пару слов сказал этой тётке в кимоно, а потом я пуль... выстрельнул... выстрелил в него... два раза в затылок...

Верхушкин окончил свой рассказ, и все посмотрели на капитана. Капитан уставился куда-то в одну точку и, похоже, совсем не слушал, о чём ему рассказывал и показывал Верхушкин. Никто не решался прервать коннект капитана с макрокосмом, поэтому все стали молча ждать, когда он выйдет из забытья.