НИКОЛАЙ. Да?.. А я вот и сейчас ничего не чувствую... я имею в виду, нового ничего... я даже, когда меня девушка бросила, сразу так, после обиды, через день, ощутил, что вот она — новая жизнь, это, конечно, тоже ненадолго, но всё-таки было что-то новое в ощущении, а сейчас всё по-прежнему... всё как раньше...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Как раньше!..
АНДРЕЙ. Что?..
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Смотрите, мы всё делаем, всё как раньше, правильно?.. значит, как и раньше, мы можем умереть, а раз так, значит, если мы, будучи мёртвыми, умрём, значит, следуя обратной логике, — оживём! Пока мы в сознании, надо срочно отъехать, чтобы вернуться обратно, к жизни!
АНДРЕЙ. Ну, не знаю... это уж слишком — два раза за один день... я могу не выдержать...
НИКОЛАЙ. И как это вы себе представляете?
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Как? Ну, я не знаю, прыгнем под машину...
НИКОЛАЙ. Нет! Я против — под машину, это ж надо будет самому сделать этот роковой шаг... нет!.. Лучше как-нибудь, чтоб не страшно... чтобы за одну секунду, а машина, она ведь может не насмерть переехать...
АНДРЕЙ. Да и будем так кочевать на грани двух миров!..
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Так, по-любому тогда надо валить отсюда, гоним домой, там решим, как убиться!
НИКОЛАЙ. Не знаю... а может, тоже на самолёт... в небо...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Я лично — пас, рановато как-то, я ещё недогулял...
АНДРЕЙ. И я многого ещё, так сказать, не попробовал... Банально, конечно, — избитая фраза, пошлая, но насколько верная... хотелось бы рискнуть...
НИКОЛАЙ. Ну, давайте... рискнём...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Не отчаивайтесь, други... В конце концов, у всех у нас высшее образование, что-нибудь придумаем!
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Значит, я говорю: «Три-четыре, хоп» — и по кругу, то есть одновременно, на «хоп»... готовы?
НИКОЛАЙ. Стойте, стойте! Подождите!..
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Ну что ещё-то, а?..
НИКОЛАЙ. На «три-четыре» или на «хоп»?
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. На «хоп» тыкаем, а на «три-четыре» заносим руку, понятно?
НИКОЛАЙ. Да...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Готовы?
АНДРЕЙ, НИКОЛАЙ. Готовы, да...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Три-четыре...
НИКОЛАЙ. Стойте!
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Ой, ну!..
АНДРЕЙ. Ну что?! Что?! Что?!
НИКОЛАЙ. У меня нож... это, лезвие маленькое... короткое... и силы не так много... в руках... я вам живот, Игорь Игоревич, я не пропорю... боюсь, что не пропорю...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Ну, бей тогда в шею, в кадык...
НИКОЛАЙ. Это вы всё равно, я боюсь, мучиться будете...
АНДРЕЙ. О, а действительно, вдруг раны окажутся несмертельными... Лежать здесь, мучиться...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Ну, добьём друг друга, что вы как маленькие?!
НИКОЛАЙ. Ага, добьём, а если выживет только один? Кто добивать будет?! Я в себя тыкать не буду!.. Не-е-ет...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Нет, ну, стойте, кто выживет, он же оживёт, по нашему плану, ведь он оживёт, правильно? Оживёт и добьёт!
НИКОЛАЙ. Нет! Нет! Неправильно — кто выживет, он нас будет видеть как трупов, он если и добьёт нас, то это будет по той логике, по логике живых — измывательство над трупом, вот как это будет! Только здесь, сами мы можем убиться, чтобы ожить, да! Я в этом уверен!
АНДРЕЙ. Значит, надо, чтобы наверняка!.. Ножи тогда не годятся...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Ну, давайте по новой... заныли... что вы за люди... вроде мы одногодки, а как из разных измерений! Ткнул ножом, и всё, ой... ладно, с такими мыслями и вправду лучше не ножом... Только учтите — что-то в жизни надо будет вам поменять, когда оживём! Пока есть время, вы подумайте! Пора становиться твёрже, уверенней! А то, знаете, и оживать ни к чему!..
АНДРЕЙ. Как-то тогда надо придумать... что, если не нож?..
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Может, из окна сиганём?
НИКОЛАЙ. Нет, это ведь опять же самому идти, прыгать, столько дум нахлынет, лучше чтоб кто-то... решили ведь, чтоб не сами, давайте держаться принципов...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Если бы все держались своих принципов, тогда бы и Джон Леннон был жив...
АНДРЕЙ. А может, задушимся?
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Да?
НИКОЛАЙ. Это неприятно... и вся комната в моче будет...
АНДРЕЙ. Потерпишь... А мочу... оживём — уборку сделаем, так и так порядок наводить... давайте — шарфы друг другу на шею и потянем, каждый за шарф другого...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Ну, я-то, допустим, любого из вас одолею, это не вопрос, а вот кто, допустим, достанется Николаю, кого он задушит?
НИКОЛАЙ. Я не уверен и предупреждаю об этом сразу, ножом было бы даже вернее...
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Так, не годится! Думаем по новой! Что, что, что, думаем?
НИКОЛАЙ. Надо посмотреть, что здесь, в принципе, есть, чем мы можем убиться...
АНДРЕЙ. А что здесь? Что здесь есть, Игорь Игоревич?
ИГОРЬ ИГОРЕВИЧ. Да я не помню... мне знаете здесь как жилось... ночь ночевал и — по делам... здесь в основном папа хозяйничал...
АНДРЕЙ. Которого вы...
