- Вниз по реке сильное течение, это займет дня два, или меньше, все зависит от того, сколько остановок мы сделаем. Но город не стоит на берегу реки, поэтому нам придется совершить небольшое путешествие вглубь страны.
Я не знала этого и испугалась, что он сочтет меня невеждой, ничего не знающей о своей стране, но Купер этого даже не заметил.
- Там недалеко, - продолжил он. – Я обычно нанимаю фургон и упряжку мулов для груза и успеваю добраться от реки до города меньше, чем за половину дня.
Я кивнула, и мы продолжили путь в уютном молчании. Я подняла лицо к небу. В Древинке почти всегда небо было затянуто тучами, и даже в начале осени часто шел дождь, но сегодня был прекрасный день, и солнце проглядывало сквозь облака. После месяца в поместье, я чувствовала себя почти виноватой за мир и покой, которые воцарились в моей душе. Как же было хорошо находиться здесь, под открытым небом. Но вскоре все мои мысли вернулись к тому, что же я буду делать, когда достигну Энемуска.
Для начала мне нужно выяснить, где живет отец Коралины. Затем, мне каким-то образом нужно больше узнать о самой Коралине. Кто она? И чего хочет? Поскольку она вышла за Стефана ради его титула, я не могла увидеть никакой выгоды в том, что она пыталась вызвать сомнения в ясности его ума. Я верила, что если смогу разгадать эту тайну, пойму, чего же она хочет на самом деле.
И, возможно, смогу ее остановить.
- Смотри, там, в камышах, - прошептал Купер, прервав мои тревожные раздумья.
Посмотрев, куда он указывал, я увидела пару больших гусей с тремя птенцами в гнезде. Это было прекрасное зрелище, хотя и краткое, так как баржа вскоре проплыла мимо. Я улыбнулась Куперу.
- Должно быть, здорово видеть такое каждый день.
- Да.
- Вот почему ты выбрал такую жизнь, а не стал кровельщиком или кузнецом.
Он посмотрел на меня с таким видом, будто я сказала нечто важное.
- Это все, что я знаю, - наконец ответил он. – Я вырос на воде, раньше эта баржа принадлежала моему отцу. Сейчас они с мамой владеют закусочной в Кеонске. Я зимую с ними, когда становится слишком холодно, чтобы спать под открытым небом, и думаю, что сошел бы ума, если бы мне все время приходилось оставаться на одном месте – каждый день одно и то же.
Это была самая личная вещь из всех, что он мне когда-либо говорил. Я не знала, что сказать, но, к счастью, кажется, он и не ждал ответа.
Приблизительно за час до заката мы причалили к деревне. Экипаж баржи начал швартоваться, в то время как Купер сложил два ящика и поднял их.
- Мы переночуем здесь, - сказал он. - Но перед ужином мне надо разобраться с делами. Здесь одна посылка и ящик на продажу, а еще нужно купить яблок, если их здесь кто-нибудь продает. Яблоки всегда хорошо идут в Энемуске в это время года.
Я поднялась, раздумывая, смогу ли помочь, но ящики, которые он таскал, выглядели слишком тяжелыми.
Владельцы барж, вроде Купера, зарабатывали себе на жизнь различными способами. Иногда им платили за доставку товаров. Но в большинстве случаев, судя по тому, что я поняла, он покупал товары в одном месте и с небольшой наценкой перепродавал в другом, где они были в дефиците. В деревне были нужны ткани, нитки, посуда, а в городе требовались свежие фрукты и овощи. Маленькие таверны всегда нуждались в бочонках с элем и вином.
Фокус Купера заключался в том, чтобы дешево купить, никого не обманывая, а позже перепродать с выгодой, опять же, не обманывая никого. Дела владельцев барж шли хорошо только в том случае, если их считали заслуживающими доверия. Судя по тому, что я видела дома, Куперу доверяли все, и он вел выгодную торговлю в Пудурлатсате.
- Я могу помочь? – спросила я.
Сначала он не ответил. Как и я сама, Купер не привык полагаться на кого-то еще. Затем он поставил ящики на землю и вытащил из-под рубашки нечто, похожее на тетрадь в обложке. Тонкий стилос обернутого в бумагу угля был прикреплен к ее переплету.
- Ты знаешь, как вести учетные записи? – спросил он.
Этот глупый вопрос удивил меня – я много лет занималась счетами поместья, но я просто ответила:
- Да.
- А я пытаюсь. Но я не так хорош в этом, как мой отец. Иногда я забываю записать, сколько заплатил при покупке товара, и потом мне сложно рассчитать прибыль.
Почему-то эта просьба обрадовала меня, и я взяла тетрадь. Возможно, я получала тщеславное удовольствие от ощущения собственной необходимости. А ведение бухгалтерии Купера позволяло мне почувствовать себя таковой.
- Сегодня я буду вести твои счета, - сказала я ему.
Купер снова поднял ящики, и мы направились в деревню. Оба члена его команды остались на барже.
Это было маленькое и грязное место, состоящее из плетеных из лозы, обмазанных глиной домишек и потрепанных лавочек, но некоторые люди, завидев проходящего мимо Купера, останавливались, чтобы поприветствовать его.
- Купер, - окликнул его старик, улыбнувшись беззубой улыбкой. За ним следовал молодой мужчина с девочкой.
- Патрик, - ответил Купер. – Отлично выглядишь.
