The Long Knives полностью

Салли Харт закрывает глаза. Ее одежда развевается на ветру. Она раскидывает руки, как будто собирается взлететь вверх, к солнцу, а не упасть на ужасный бетон этой отвоеванной у моря земли.

– Скажи, что мне сделать, Салли, – просит Леннокс. – ты должна попытаться оправдать себя. Иначе это ничего не будет значить!

– Нет, Рэй... слишком уже все запуталось, – Салли открывает глаза и улыбается ему. – Ты просто оказываешься втянутым, – И у нее снова голос профессионального психотерапевта. – Если ты хочешь помочь мне и себе, возьми ключ из моей сумки, – И она поднимает ее. – иди в мой офис и уничтожь все нужное из моих заметок на ноутбуке... там, где есть что-то о тебе лично... а вот другие материалы могут быть интересны твоим коллегам. Власть предержащие всегда сорвутся с крючка. Они понимают только террор.

– Нет! Я циничная сволочь, ты знаешь, Салли! Но должен же быть другой путь! Где он? Где Рават?

– Нет, Рэй, биограф должен закончить историю... – Ее голос затихает, сливаясь с шумом ветра. В ее глазах на секунду мелькают страх и сомнение.

– Это не твоя биография, ты просто наткнулась на все это в своей работе... Пожалуйста, Салли, просто скажи мне, где он...

Она задумчиво говорит почти про себя:

– Это самое последнее место, куда тебе хотелось бы пойти.

– ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ? – непонимающе кричит он.

– Это значит, что у тебя добрые намерения, но ты все равно служишь государству. Это стыд нас убивает, – говорит она, делая шаг назад.

– Я УХОЖУ ИЗ ПОЛИЦИИ! ПОЖАЛУЙСТА!

– Слишком поздно, – И она бросает ему сумку. – Ключи от офиса там, – говорит она, когда Леннокс приближается еще на пару сантиметров, собираясь броситься на нее. Затем Салли Харт падает назад, и он чувствует, как кончики его пальцев касаются ее платья, пока она бесшумно исчезает за краем крыши. Леннокс, стоящий на краю, чувствует, как качается, и его спасает только изменение направления ветра, который теперь дует в грудь, помогая ему упасть на твердую поверхность под ногами, глядя на облака и задыхаясь, испуганно прижимая к груди ее сумку, как будто это Библия. Он переворачивается ничком, свешивает голову с крыши и видит ее, светлые волосы, красное платье и кровь, которая уже медленно вытекает из ее разбитого тела на бетон. Он ползет прочь от пропасти, пока не чувствует себя достаточно уверенно, чтобы устоять на пронизывающем ветру.

Трясущимися руками он роется в сумке. Там только одна связка ключей. Он кладет их в карман и стирает с сумки свои отпечатки, прежде чем выбросить ее с крыши.

Когда он возвращается внутрь, Гиллман уже лежит на полу, куда он повалился, увлекая за собой каталку и сильно ударившись при этом. Все еще крепко связанный, он умоляет, сплевывая кровь:

– ЛЕННИ! МАТЬ ТВОЮ!

Леннокс разрезает ремни и помогает тому подняться. Гиллман смотрит на него.

– Где она..? – И он выскакивает за дверь, оглядывая плоскую крышу. – Бля, она прыгнула, что ли?

– Да.

– Туда этой гребаной шлюхе и дорога, – рычит он, снова выплевывая кровь. – Она сказала, кто был ее долбаный подельник?

Леннокс решает использовать ярость Гиллмана.

– В другой башне есть парень, прикованный наручниками к трубе, с которым ты, возможно, захочешь перекинуться парой слов, прежде чем арестовать, – Он направляется к лестнице.

– А ты куда?

– Потом объясню, проводи арест.

– Спасибо, что выручил, Ленни, – И Гиллман хлопает себя между ног. – А то я к нему привык.

Леннокс кивает и идет к пустому лифту. Прыгает внутрь. Пока мимо проносятся этажи, он думает о Салли.

Эх, Салли, что они с тобой сделали... это же надо было так. Ты старалась изо всех сил, но так и не справилась с этим. Надеюсь, Салли, что ты обретешь покой.

И почему ты ей сказал, что уходишь из полиции?

Выйдя на улицу, он направляется прямо к "Альфа-Ромео". Не может видеть ее разбитое тело. Слишком много ты уже повидал изуродованных насилием тел. Пусть этим настоящие полицейские занимаются.

Может, ты и правда увольняешься.

Он пробивается сквозь поток машин, встретив завывающую скорую, – вероятно, ту самую, которая отвезет тело Салли Харт в морг. Гиллман там не задержится, такого он себе позволить не может. В левой руке, сжимающей руль, он держит ключи от кабинета Салли на Олбани-стрит. Подъезжая к Нью-Тауну, он сворачивает на параллельную Дублин-стрит-лейн и возвращается пешком. По пустынной во время дождя улице он добирается до здания и обходит его вокруг, прежде чем спуститься по ступенькам и войти внутрь. Как только он находит то, что ему нужно, в воздухе разносится завывание еще одной сирены.

Они как раз за этим. Твои же коллеги идут за тобой по пятам.