Контракты Areva не публикуются, но репортеры Reuters получили в свое распоряжение последние десятилетние соглашения, рассчитанные до конца 2013 года. Из документов следует, что Areva была освобождена от уплаты пошлин как на импортируемое ею горнодобывающее оборудование, так и на экспортируемый уран. Роялти - особый вид платежа, который горнодобывающие компании выплачивают правительствам в зависимости от количества добытых ими полезных ископаемых, - составлял 5,5 процента на добытый уран, что значительно ниже, чем в других, более богатых странах, и зафиксирован пунктом, освобождающим компанию от любого повышения ставки в соответствии с новыми законами о добыче. Горнодобывающая промышленность защищает такие условия как необходимые для долгосрочных инвестиций. Тем не менее, французский экспатриант в Ниамее, рассуждая об антифранцузских настроениях, на которых до переворота опирался Танджа, чтобы заручиться поддержкой своей растущей тирании, так сформулировал антипатию, которую вызывали скупые условия Areva: "Есть ощущение неоколониализма, особенно в отношении Areva. Есть ощущение, что у Франции нет друзей, есть только интересы".
Как объяснил мне посол, суть предложения Китая Нигеру, а также другим африканским государствам, обладающим ресурсами, заключается в контрасте между щедростью Пекина и скупостью старых держав. Однако в стремлении Китая заполучить африканские ресурсы есть элементы, повторяющие старые трюки традиционных владык африканских ресурсов. Под риторикой о всеобщем прогрессе Пекин, как и его европейские предшественники в Африке, оказался готов использовать посредников для налаживания личных связей с наиболее влиятельными представителями правящих классов, контролирующих доступ к нефти и полезным ископаемым континента.
Поиски одного из таких посредников привели меня в зоопарк Ниамея. Он находится в центре занесенной песком столицы Нигера, недалеко от перекрестка улицы Урана и авеню Шарля де Голля и неподалеку от президентского дворца, где солдаты свергли Танджу. Когда я посетил его, вскоре после переворота, гиены выглядели раздраженно. В неглубокой бетонной ванне ссутулился иссохший бегемот. Школьники визжали от восторга, когда многострадальный страус быстро-быстро бегал по своей клетке в такт их хлопанью. Звездам зоопарка - семи львам - было тесновато. Но впереди их ждут лучшие времена в виде нового вольера для львов площадью 1000 квадратных метров, который вскоре будет построен за 60 000 долларов.
Благодетелем львов стала консалтинговая компания Trendfield, зарегистрированная в секретном налоговом убежище на Британских Виргинских островах, но базирующаяся в Пекине. Trendfield помогла китайской государственной ядерной компании Sino-U получить разрешение на добычу урана в Нигере в 2006 году и в итоге получила 5-процентную долю в проекте. Ги Дюпор, француз с дипломом MBA Ливерпульского университета, который был исполнительным директором Trendfield, написал на своей странице в LinkedIn: "Мои навыки ведения переговоров сыграли важную роль в организации и оформлении стратегического партнерства между Китайской национальной ядерной корпорацией [Sino-U] и Республикой Нигер в области разведки и разработки урана".
В 2009 году, когда урановый проект обрел форму, Трендфилд пообещал восстановить вольер со львами в зоопарке Ниамея - микрокосм той инфраструктуры, которую Пекин и связанные с ним компании создавали для африканских сырьевых стран. "Участие в этом проекте было важной частью нашей программы развития сообщества, и мы серьезно относимся к этому", - сказал Дюпор в пресс-релизе. "Это также может стать платформой, которая создаст более непосредственную активность иностранных компаний в сообществе, чтобы помочь в развитии не только Национального музея и зоопарка Ниамея, но и всего сообщества". Трендфилд также организовал прилет ветеринара из зоопарка в Миссури, который впервые за десять лет осмотрел львов. (По словам Трендфилда, он провел полный обход, осмотрев "22 млекопитающих, 28 птиц, 4 рептилии", а также львов).
Один из представителей режима Танджи, который сказал, что не может быть назван по причине деликатности проделанной им работы, рассказал мне, что, помимо дружбы с обитателями зоопарка Ниамея, Трендфилд был близок к Тандже и его семье, в частности к сыну президента, Усману, который был торговым атташе Нигера в Китае.
