Когда Том и Бриджет уехали за вещами, я приготовила стакан молока и печенье и, поднявшись на второй этаж, постучала в дверь комнаты Эллиса. Ответа не последовало. Я снова постучала и вошла внутрь. Шторы были задернуты, на кровати, спиной к двери, лежал мальчик.
– Эллис, я принесла тебе молоко и печенье, – негромко сказала я. – Постарайся хоть немного попить и поесть.
Он шевельнулся, но промолчал. Я поставила молоко с печеньем на прикроватную тумбочку. Со спины Эллис напоминал маленького Тома. Волосы такого же оттенка, с таким же непослушным вихром на макушке. Правда, Том был чуть ниже ростом и шире в плечах.
Повинуясь безотчетному порыву, я погладила Эллиса по голове. Он лежал тихонько и, к моему удивлению, не дернулся прочь от моей руки.
– Эллис, мне так жаль. Я узнала о твоей маме, – прошептала я. – Понимаю, тебе очень, очень грустно. Позови, если что-нибудь понадобится. Я буду внизу.
– Вы можете остаться? – его слова приглушала подушка, и я подумала, что ослышалась.
– Прости?
Эллис слегка повернулся, но в глаза мне не смотрел.
– Пожалуйста, посидите тут. Я не хочу… не хочу оставаться один, – произнес он надтреснутым голосом.
– Конечно. Можем поговорить о…
– Нет. Давайте просто помолчим, если вы не против.
Я погладила Эллиса по плечу и устроилась на белом пластмассовом стуле возле кровати. Комната была выдержана в едином стиле: на стенах постеры «Marvel» и «Nintendo», в углу белый письменный стол со встроенными полками. Изголовье кровати и подвесной светильник, тоже белого цвета, подчеркивали гармоничность интерьера.
Хоть спальня Тома и отличалась большей простотой, в детстве ему нравилось надолго там уединяться. Нередко Джесс выводил Тома из себя, так как ни минуты не мог посидеть спокойно. Джесс жаждал быть в центре внимания. Иначе он становился неуправляемым.
Я прикрыла глаза и стала засыпать. Снизу доносились приглушенные звуки работающего телевизора, тихое бормотание дикторов убаюкивало. Перед глазами раз за разом возникал момент, когда я вошла в магазин и застала там Одри и Бриджет. То, как близко друг к другу они стояли, говорило о довольно тесном знакомстве. А затем я заглянула в кухню Одри через окно и увидела сине-белый шарф. Все это до сих пор не укладывалось в голове. Мне не хватало смелости осознать очевидный вывод.
Услышав, что Эллис зашевелился, я открыла глаза. Он медленно повернулся ко мне лицом: бледный, с красными опухшими глазами. Мы смотрели друг на друга.
– Как ты? – мягко спросила я. – Знаю, тебе очень плохо, но с каждой минутой ты преодолеваешь свою боль, и это самое главное. Остальное неважно.
– Мама вас жалела, – прошептал он. – Она сказала, вы не виноваты в том, что случилось.
– Твоя мама была очень хорошей, – ласково ответила я. – Не растравляй свою душу мыслями о папе, дорогой. Том никак не рассчитывал, что Джесс упадет в ту ночь, понимаешь? Это был несчастный случай. Трагический несчастный случай.
– Я стараюсь не думать об этом, потому что не знаю, должен ли еще хранить тайну. – Эллис покачал головой и закрыл глаза. – Но я его слышал. Слышал, что он сказал.
– Кто и что сказал?
– Том. Когда приходил к нам домой.
Я почувствовала, как в ушах пульсирует кровь.
– Том приходил к вам домой?
Эллис приподнялся на локте.
– Да, вскоре после того, как его выпустили из тюрьмы. Но мама просила ничего не говорить бабушке, а не то начнутся большие неприятности.
Мое горло сжал спазм.
– Так что же произошло?
Эллис быстро опустил глаза, и я поняла, что мой голос прозвучал несколько строго.
– Не переживай, тебе ничего не будет, – торопливо добавила я. – Я просто пытаюсь понять, что ты имеешь в виду.
– Мама попросила меня сходить в магазин, но я вернулся домой, потому что забыл деньги. Я увидел, как Том заходит к нам через парадную дверь. Тогда я обошел дом сзади, чтобы тихонько пробраться на кухню и взять деньги, но услышал, как они ссорятся.
– А ты не припомнишь, из-за чего они ссорились? – спросила я, стараясь не выдать волнения.
Эллис зажмурился.
– Я услышал, как мама сказала, что знает о секрете, которым мой папа поделился с Томом в ночь перед смертью. Тому секрет очень не понравился, и он нарочно ударил папу.
Я резко выпрямилась на стуле.
– И что же такого сказал твой папа?
– Не знаю. Но мама говорила, что ей этот секрет известен. – Эллис затравленно на меня посмотрел. – А теперь она тоже умерла.
У меня внутри все перевернулось. Ерунда какая-то, иначе и быть не может! Но если об этом узнают в полиции, они могут подумать, будто у Тома
– Люди много чего говорят, когда злятся, – мягко сказала я. – Твой папа погиб в результате несчастного случая. А не потому, что кто-то врал или пытался сохранить секрет.
– Папа умер потому, что Том его ударил, и папа упал. А почему Том его ударил? Потому что разозлился, когда услышал папины слова!
Я промолчала. Мне не хотелось рассказывать Эллису про то, как Джесс замахнулся на Тома ножом. Неизвестно, упоминала ли Корал об этой детали. В любом случае, когда Эллис вырастет, узнает сам. Всему свое время.
