Она готова была заплакать, когда Северус разорвал поцелуй и отстранился от неё. Он тихо застонал низким гортанным звуком, и сплетёнными телами они кое-как добрались до кровати. Взмахом палочки он лишился одежды, и Гермиона не смогла сдержать восторженный вздох, рассматривая его крепкое жилистое тело. Оно было намного горячее её собственного. Ощущать вес его тела было просто невероятно. Ощущать его — его всего — на ней, в ней, — это то, что она хотела бы чувствовать вечно. Ароматы в комнате — её — сладкий, цветочный, и его — горький, запах трав, — смешались с терпким запахом секса. Это был самый восхитительный аромат, который только можно вообразить.
Они наслаждались друг другом до самого утра, до первых лучшей рассветного солнца. Грейнджер уснула обессиленная, выпитая до дна.
Когда Гермиона проснулась утром одна, она чувствовала себя опустошенной и наполненной одновременно. Она бы соврала, если бы сказала, что не надеялась на то, что ей станет легче, если она удовлетворит своё сексуальное влечение к Северусу. В конце концов большую часть времени она мечтала об этом. Так почему же ей не стало легче? Неужели она всё же переступила черту, и сама не заметила, как влюбилась в него?
Только мысль об этом так ошеломила Гермиону, что она вздрогнула. Она прикрыла глаза, ощущая, как необъяснимая боль зарождается в её груди и горечью расплывается по всему телу всё дальше и дальше с каждым ударом сердца.
Он никогда не поймёт её чувств. Да и, более того, не должен их понимать.
В этой стране их отношения обречены. А в другой стране не может находиться Северус. Да и захотел бы он, будь у него такая возможность? Да, порой она ловила на себе его взгляды. Да, она видела в его глазах, как ей казалось, заинтересованность. Но так ли это на самом деле? Или это было всего лишь отражение её собственных эмоций и чувств?
Но ведь ночью он любил её…
Гермиона понимала, что им просто необходимо поговорить в ближайшее время. Она не хотела уезжать, оставив свои вопросы без ответов.
Но ни в первый день, ни во второй, ни в третий, — Северуса она не видела. Также, как и в последующие дни.
В конце недели, собрав свой чемодан, Гермиона готовилась отбыть. Макс любезно вызвал для неё такси, аппарировав для этого в город, и машина вот-вот должна была приехать. Грейнджер с трудом сдерживалась от слёз. В её руках был чек, подписанный Северусом. Когда Макс протянул ей его, сердце Гермионы остановилось. Раз Северус его подписал, значит, был в поместье. И значит решил не прощаться с ней.
Распрощавшись с Максом и домовиками, которые успели её полюбить, Гермиона погрузилась в машину и покинула поместье Принцев.
Ханна уже ждала её. Она уже несколько дней жила в отеле, так как дом был продан.
Гермиона, увидев подругу, затолкала все терзающие её чувства подальше. Несколько дней они потратили на последнюю подготовку перед отъездом и сборы. Ханна всё время с беспокойством поглядывала на Гермиону, после того, как та рассказала ей о том, что произошло. Она старалась ненавязчиво утешить и отвлечь подругу. И нужно признать, ей это удалось. К концу недели Гермиона улыбалась и вновь испытывала тот душевный подъем, который всегда ощущала рядом с Ханной. Радости добавляло и то, что они наконец выберутся из того затяжного состояния стресса, который немного, но всё же давил.
Они садились в самолёт, предвкушая свободу. Им не верилось, что они наконец заживут полноценно. Смогут реализовать свои планы и мечты в полной мере.
Они приземлились в аэропорту, расположенном недалеко от Реджо на юге Калабрии в Италии.
В первую очередь девушки направились в министерство магической Италии. Как они и ожидали, к беженкам отнеслись с подозрением. Однако, дальнейшие события их приятно удивили. Итальянцы, выслушав их историю (а особенно, узнав, что у них есть деньги), стали относиться к ним намного теплее. Им даже выделили работника, который должен был помочь им устроиться в их стране. К тому же выяснилось, что они далеко не первые беженки из магической Британии за последние шесть лет. И, хотя знакомых имён в списке они не увидели, было приятно, что они не единственные на этой Земле, кто сбежал от гнёта Тёмного лорда.
Через сумасшедшие пять дней девушки, сдав тесты и экзамены, стали гражданками Италии — и магической части страны, и магловской. В Италии оба сообщества были гораздо ближе друг к другу. Маги и неволшебники могли жить по соседству. Не было Статута, как в Британии, однако колдовать при маглах и над маглами было запрещено. Просто нужно было внимательнее следить за тем, где колдуешь. А если уж случилась оплошность, то стоило всего лишь вызвать стирателей памяти.
