Однако совсем скоро всем было не до смеху — то, что сообщил Антонио, являлось просто гигантской проблемой для всего корабля, точнее, кораблей. Многие не могли сдерживать свои эмоции, прекрасно понимая, что где-то рядом, в тумане, находится корабль Посланника.
— Интересно, они нас видят? — спросила шепотом Сара, чей негатив довольно быстро сменился испугом.
— Корабль расположен к нам кормой вперед, — ответил Антонио, мягко вынимая из рук итальянки трубу. — Зато слышат они нас несомненно. Звук здесь расходится за километры.
Сара тут же залилась краской, прекрасно понимая, что из всех шума создавала больше всего она, но к счастью капитан не делал ей никаких замечаний. Его больше заботил корабль пирата.
Френсис решила разбавить неловкое молчание и немного прикрыть собой Сару.
— Тогда почему они не нападают? — спросила она, вытягивая вперед шею, как будто своими глазами она могла увидеть больше, чем через подзорную трубу. — Да еще и повернуты к нам задом. Может, они нас и не заметили?
— Вы сомневаетесь в бдительности Посланника, юная леди? — слегка обиженно воскликнул Антонио. — Я могу предположить, что это ловушка. Уловка такая — когда жертва крадется и чувствует себя незаметной и потому максимально защищенной. Но в последний момент БАЦ! И ловушка захлопывается.
— А он не может предположить то, что вы сейчас предположили? — спросила Френсис.
— И это не исключено.
— Ох, боже мой, — устало закатила глаза Сара. — Так рассуждать можно вечно, и никто в итоге не узнает истины. А если и узнает, то будет уже поздно о чем либо думать. Посторонитесь, умники! — девушка растолкала Френсис и Антонио, и направилась куда— то в сторону.
— Куда ты? – спросил капитан.
— Пока вы дальше гадаете на тему того — будет нападать на нас Посланник или не будет — я схожу в оружейную и отдам приказ на подготовку пушек. Надо быть готовым ко всему.
Девушка как-то по-особенному глянула на своего капитана и, улыбнувшись напоследок, исчезла за дверьми, за которыми начинались каюты.
И после этого жизнь на "Марии" заметно ускорилась. Это значило, что на корабле отныне у каждого была своя работа, никто не сновал без дела. Кто-то усердно смазывал маслом пушки, кто-то аккуратно перетаскивал порох, кто-то сидел вдали от основной массы и заряжал оружие. На двух соседних кораблях творилась такая же бесшумная суматоха. Френсис была настолько вдохновлена подготовкой к обороне, что ей уже самой натерпелось вступить с Посланником в бой. Однако тут произошло кое-что, заставившее девушку не только возмутиться, но и испытать
сильный гнев. И причиной тому являлись настаивания Антонио сидеть в каюте тише воды — ниже травы. Для этого разговора он специально вызвал ее в кабинет, уже предвкушая нелегкую борьбу.
— Но почему? — недоумевала француженка. — Почему я должна сидеть здесь? Я хочу ринуться в бой. У меня остался небольшой должок!
В последнем она имела в виду Посланника.
Но Антонио в этом случаи был просто непробиваем. Он продолжал сидеть за письменным столом, сцепив пальцы, и с тоской смотреть на то, как та с отчаянием приводила ему доводы.
— Это слишком— слишком-слишком опасно для такой милой и хрупкой дамы, как вы, Френсис Бонфуа. У меня достаточно народу, не волнуйтесь, Армада не успеет пустить залп, как ее разнесет в щепки тройка великолепных фрегатов.
Френсис считала это несправедливостью. Она хотела сражаться, хотела отомстить, а все эти попытки этого легкомысленного испанца остановить ее являлись просто непростительной ошибкой. Девушка с грохотом опустила руки на стол, а Антонио от неожиданности вздрогнул. Далее шла долгая, утомительная зрительная борьба, в конце которой Антонио пришлось отвезти
взгляд.
— Хорошо, — с неохотой выпалил он. — Только обещайте, что будете крайне осторожны. Я до сих пор считаю эту вашу идею глупой и слишком опасной, но…флаг вам в руки, Френсис.
Сказав это, он преподнес девушке свои подарки. Для начала он подал ей хорошо выточенную, острую саблю из своего оружейного запаса. Френсис была приятно удивлена подарку. На рукоятке сабли был аккуратно высечен маленький золотой лев, стоявший на задних лапах, и протягивая свои мощные, передние лапы к северо-востоку, а глаза его сияли ярче самого клинка. Френсис боялась даже предположить, из какого камня ему делали глаза.
Вторым подарком являлся небольшой по размерам мушкет. Девушке было совсем неудобно принимать такие презенты, однако зеленые глаза испанца, в которых так и читались слова «доверяй мне» убедили ее в нужности подаренных вещей. Ведь не голыми руками ей сражаться с пиратами! Ей хватило духу пробормотать невнятное "спасибо" и уйти из капитанской каюты.
