Том послушно достал кинжал, и срезал толстый канат, соединявший их шлюпку с причалом. Когда лодку больше ничто не удерживало, она закачалась на волнах. Артур сильнее сжал рукоятки весел и активно задвигал руками. Со звонким шлепком весла ударяли по лазурной воде, и лодка с неохотой сорвалась с места и начала неторопливо отдаляться от причала. На пустом горизонте догорало жаркое солнце, воздух становился более влажным и прохладным, и Том, дабы окончательно не закоченеть, надел на себя сверху старый жилет, который по размерам ему совсем не подходил, но зато под ним мальчик чувствовал себя лучше. Посланник же словно не ощущал перемены воздуха, его руки продолжали упрямо перебирать веслами вспенивающие за бортом волны. Пока солнце окончательно не скрылось в морской воде, юнга мог наблюдать за тем, как раздувались мышцы на руках Посланника, когда тот напрягался. Артур не был качком, и похоже не стремился к такому безупречному телосложению, тело его было худым и имело болезненный землистый оттенок. Несмотря на отсутствие горы мышц, Артур был очень гибким, низкорослым мужчиной, имеющим при всем этом крепкие, хоть и хрупкие на вид руки с длинными, как у профессионального пианиста пальцами.
И все равно, не смотря на такое строение, в нем ощущалась какая-то давящая сила...нет, не физическая, скорее больше духовная.
Воротник его пышный опустился, оголяя затекшую шею, и Том остановил свой настороженный взгляд на звезде. Эта отметка— то ли татуировка, то ли ожог, то ли шрам — ему сразу не понравилась.
— Можешь пока расслабиться, — кинул мальчику Посланник, входя в скромную гостиную, где автоматически с его приходом в камине зажегся огонь. Ещё одна гениальная хитрость, придуманная хозяином этого уютного гнездышка. Следом за пиратом в комнату ступил юнга, глаза которого от удивления расширились с размером чайных блюдец.
— Ух-ты! Мы под землей! Мы под землей!— ликовал он так, словно видел в этом что-то волшебное. Но для Артура это являлось самым обыкновенным пристанищем для такого скверного типа, как Посланник. Он давненько задумывался над тем, чтобы создать себе тайное убежище, о котором никто бы не знал и никто бы не догадывался. Но мечта его исполнилась лишь спустя годы, проходя через ярость, негодование и потери самого себя, Артуру удалось воплотить свои планы. Он не думал, что когда-нибудь ему предстоит поделиться своей тайной с кем-то их этого ненавистного мира.
Но что-то в нем менялось, Артур чувствовал эти перемены и, честно говоря, они вызывали в нем страх и раздражение. Его мозг развивался, получая все больше и больше информации, шло новое перерождение, бывший хладнокровный мужчина, живший рядом со стопками пыльных и старых книг, ушел, растворился, оставив на своем месте потомство-новое, более опасное и скверное существо по прозвищу "Посланник". Запах старых пергаментов и чернил развеялся, оставив о себе небольшие воспоминания. И на его месте предстояло новые запахи — запах раскаленного железа, соленого и жгучего моря, мужского пота, и крови.
Посланник попросил Тома присесть на кресло, что стояло возле камина, а сам вышел через соседнюю дверь и начал спускаться по мрачной лестнице, в которой веяло сыростью.
Внизу располагалась сокровищница. Его сокровищница. Подсобка, в которой находились горки чистого золота и драгоценных камней. Посланник готов был биться об заклад, что ни один пират не видел своими глазами столько сокровищ, сколько их было здесь. Любой человек, окажись он здесь, потерял бы рассудок. Но только не Посланник. Такое обилие манящих блестяшек его совсем не привлекала. Мало того, он испытывал к ним злость, как и ко всем людям, которые прежде были хозяевами этого добра. Но теперь они все были мертвы, насекомые поедают остатки их плоти где-то в земле, а кого-то и на дне океана. Посланник отомстил многим, кто осмеливался поднять на него руку и делал он это исключительно из-за удовольствия. Это можно было назвать злым хобби.
Да, большинство его врагов и жертв являлись другие никудышные пираты, головорезы, иногда королевские флоты, но последнее было огромной редкостью. Да, много зла пало от рук безжалостного Посланника, и некоторые этому были счастливы. Но только Артур никогда -НИКОГДА — не считал себя героем, эдаким сказочным Робином Гудом, который спасал бедных и калечил злых богатых. Он никого не спасал, наоборот — пока его тело отчаянно извивалось в цепких руках правосудия, словно лис, спасающийся от капканов, в голове же этого "лиса" разрабатывался тщательный и огромный по своей жестокости план. Все это время, пока Артур стоял в списках "самых обычных и самых смертных пиратов" или же "обычных заноз в жирной заднице Европы", Артур пока не думал о том, что его план может продвигаться вверх по лестнице.
