На душе – печаль. Уже нет той режущей надвое боли. Она отпустила.
Сейчас я смотрю на них и понимаю, что Полина действительно подходит Святу гораздо больше, чем я.
И что у меня была к нему не любовь, а просто яркое, совсем детское чувство, состоявшее из восхищения, смущения и ощущения собственной важности.
Ведь взрослый, успешный, красивый мужчина вдруг обратил внимание на меня. Совсем девчонку. Еще и не такую шикарную, как сестра.
Вот, что это было, а не любовь.
И все же я глубоко ранена. Тем, что мне до последнего никто не говорил. Тем, что родители их прикрывали.
Главный их довод в свою защиту – "это был не телефонный разговор"…
Может быть.
Но по-хорошему такого разговора вообще не должно было произойти! Свят мог сначала расстаться со мной, а потом уже....
Да, тогда тоже бы было больно.
Но я бы не чувствовала себя такой чужой в собственной семье, как теперь.
Если раньше я просто страдала от нависающей, плотной тени идеальной Полины над моей головой, то сейчас и вовсе меня будто за борт вышвырнули. Словно специально отослали учиться подальше. Звонили раз в неделю по пять минут. Скрывали такие важные вещи. Будто вот они – сплоченная, спаянная семья, а ты как хочешь живи.
Все равно вряд ли что-то путное выйдет.
– Кудряха, пойдем поздравим, – Яр обнимает меня за талию и ведет к молодоженам.
Его горячая ладонь на моей пояснице моментально выдергивает из плотного облака собственных мыслей. Ловлю заинтересованный взгляд сестры и пластмассовую улыбку Свята, когда мы приближаемся.
То, что Святослав Рокотов немного меняется в лице и смотрит на Яра с мрачной оценкой, греет мое побитое самолюбие несмотря ни на что.
В ответ сильнее прижимаюсь боком к Тихому.
Смотри-смотри, красавчик, да?
Это невозможно отрицать. Ярослав на десять из десяти. Особенно, если не знаешь, что за гвозди застряли у него в голове.
Яр моментально подыгрывает, спуская руку с моей талии на бедро и нагло поглаживая мою задницу прямо на глазах у Свята и сестры.
Его лапища словно раскаленный утюг. Внутри меня подбрасывает, и мысленно я шиплю от передоза ощущений. Но внешне продолжаю безмятежно улыбаться.
– Поль, поздравляю, – говорю сестре совершенно искренне, – Это было очень красиво…До дрожи.
– Ой! Иди сюда, – она всхлипывает и обнимает меня, – Спасибо!
– Свят, – коротко киваю бывшему. И голос предательски вздрагивает.
Отголосками той боли, что пережила по его вине три года назад.
Пальцы Яра тут же сильнее впиваются в мой бок. Словно это реакция на то, что заметил.
Рокотов в ответ криво улыбается, продолжая коситься на Яра.
– Познакомишь со своим кавалером? – игриво улыбается Полина, тоже посматривая на Тихого, который опережает меня и сам начинает представляться.
– Поздравляю, очень трогательная церемония. Я – Яр, парень Анжелики.
– Очень приятно, – дружелюбно отзывается Поля.
– Рад познакомиться, Ярик, – щурится Свят, протягивая Тихому руку.
Яр в ответ тормозит, раздраженно сверкнув глазами.
– Яр не любит, когда его так называют, – поправляю Свята, и только тогда Тихий снисходит до рукопожатия.
– О, прости, Яр. Понял. Буду знать, – Свят снисходительно улыбается.
Тихий не реагирует никак. Давит на мою поясницу, уводя от молодоженов. Нас тут же сменяют следующие гости, желающие поздравить новобрачных. Нутром чую, как в Тихом раздражение кипит. Вместе подходим к фуршетному столу. Яр практически насильно сует мне в руку бокал шампанского. И сам залпом выпивает из другого.
– Что завелся? – интересуюсь.
– Он у тебя неуч, да? – сверкает на меня черными глазами.
– С чего вдруг неуч? И с чего вдруг "у меня"?
– К человеку принято обращаться так, как он представился. Это элементарная вежливость, Кудряха, – отвечает только на первый вопрос, игнорируя второй.
Мне приятно бы было тешить себя догадками, что истинная причина его раздражения в ревности, а не в форме обращения. Но это как глупо, что просто вспоминаю про кучу гвоздей у Тихого в голове.
И закатываю глаза.
– Ты иногда такой зануда, Я-ярик, – делаю ударение на его имени.
– Эй, тебе тоже нельзя, – фыркает.
– Но Лиде же можно, – делаю глоток из своего бокала.
– И ей нельзя, но она непробиваемая.
– А я значит пробиваемая, – играю бровями.
– Нет, но я не против пробить, – артикулирует беззвучно Яр, уставившись на меня вмиг потемневшим взглядом.
В ответ меня такой жаркой волной ошпаривает, что я давлюсь следующим глотком.
– Что ты сказал? – корчу из себя дурочку, будто не прочитала по губам.
– Ничего, пей давай.
***
Над морем горит ало- фиолетовый закат. Легкий солоноватый бриз продувает насквозь наш открытый шатер, наполняя его морским свежим воздухом. Все деревья вокруг в зажженных гирляндах, словно в гигантских светлячках. Живая музыка ласкает вслух. Гости один за другим произносят теплые, сердечные тосты. Скоро танец молодых наверно.
Как раз на догорающем закате…
Я не могу отрицать, что свадьба у сестры волшебная. Все продумано до мелочей, и меня кружит в этой шаблонной, но такой попадающей в нужные точки романтике. Я вязну в ней.
А еще я успокоилась.
И я пьяненькая.
Просто в хлам на самом деле. Расслабленная и хмельная.
Яр подливает мне, не переставая.
