– Лид, что у вас произошло? – подрываюсь к ней.
– Ничего, – выдавливает из себя.
– Вообще не похоже на "ничего"!
– Все хорошо, забей. И у тебя кажется телефон, – кивает на мой оживающий на столе гаджет, – Возьми, Ярик же наверно.
Тянусь за телефоном. И правда. Яр. Уже приехал за мной.
Электрически синий БМВ Ярика стоит на аварийке у самого входа в клуб. Хищная морда приветственно мигает мне фарами.
В ответ по телу мгновенно прокатывается трепетное возбуждение, размягчая колени.
Заправляю непослушную прядку за ухо, поправляю спортивную сумку на плече и сбегаю по ступенькам к нему. Яр из салона открывает мне переднюю пассажирскую дверь.
– Привет, – улыбается, а глаза серьезные, внимательные.
Ощупывают мои ноги до самой кромки джинсовых шорт и перемещаются на лицо.
– Привет, – юркаю в машину и закрываю дверь за собой.
Моментально плотно окутывает тягучим теплом, пропитанным запахом мужской туалетной воды, пластика и кожаной обивки. Ярик в светло-голубой рубашке и брюках, вихрастая челка гладко уложена. Таким строгим кажется… И будто даже взрослей.
– Давай сюда, – он снимает с моего плеча спортивную сумку, с которой я таскаюсь еще после дачи Эмиля, и небрежно кидает ее на заднее сидение. Его пальцы при этом проезжаются по моему предплечью. И у меня мурашки.
Мне неловко. Я невероятно напряжена. Я жду, когда Яр разрядит атмосферу, но он будто вибрирует так же как я. Заметно сглатывает и выбивает пальцами дробь по оплётке руля.
– Ну что? Куда? – интересуется хрипло, плавя меня черным косым взглядом, – Ты голодна? Можем заехать поесть куда-нибудь, ну или…– дергает уголком губ, – дома…поесть.
– Поесть, – повторяю тупо, зачарованно уставившись на него.
– Ага…
Молчим, глядя друг другу в глаза. И, кажется, у меня сейчас сердце из горла от волнения выпрыгнет. Сдаюсь.
– Поцелуешь меня? – шепчу.
Ярик растерянно моргает и в следующую секунду еще отщелкивает сковывающий ремень безопасности и буквально нападает на меня. Да-да-да… Так лучше!
Выгибаюсь, тянусь навстречу, зарываясь пальцами в его волосы. Жмурясь, вылизываю его язык. Сразу так нестерпимо жарко и тягуче хорошо. Он шарит руками по моему телу, горячо возбужденно дышит. Его ладони уже под моей футболкой, сжимают грудь в кружевных чашках лифчика.
На заднем фоне, в другой вселенной вне корпуса машины, нам начинают сигналить. Яр затрудняет проезд.
Но среагировать сразу сложно.
С трудом разлепляемся. Губы блестят от слюны, глаза от пьяного желания.
– Бл…– ворчит Ярик, садясь ровно на водительском сидении.
Бьет по клаксону в ответ и рывком стартует.
Вжимаясь спиной в кресло, накидываю ремень безопасности. Дыхание с трудом приходит в норму, на щеках ямочки от беспечной, хмельной улыбки.
Все, тревожных мыслей нет. Этого чертового волнения нет.
Мне хорошо и хочется дурачиться и петь…И этот момент воспринимается каким-то нереально правильным.
– Поехали ко мне? Там что-нибудь закажем, – предлагает Ярик уже совсем другим, расслабленным тоном.
– Мне переодеться бы и сумка еще эта, – киваю на заднее сидение.
– Ну давай тогда заедем за вещами к тебе, а потом ко мне.
При словосочетании "за вещами" вспоминаю Лиду и тихо смеюсь. Это уже можно считать проигранным спором или еще нет? Она все-таки кое-что другое имела ввиду.
– Что? Что смешного? – улыбается Яр, поглядывая то на меня, то на дорогу.
– Ничего, так… Слушай, а зачем потом к тебе? Мы у меня можем что-нибудь заказать, – предлагаю.
– М-м,– тянет, хмурясь и смотря перед собой на дорогу, – Не знаю, на свою территорию хочу. Поехали? Ты у меня не была.
– Ты у меня тоже, – замечаю.
– Вот и убьем двух зайцев за один вечер.
Подумав в секунду, молча соглашаюсь.
Тем более, мне действительно интересно посмотреть как Яр живет. Есть в этом что-то сокровенное. Особенно, если это касается такого человека как Тихий.
– Как прошёл день? – Яр переводит тему.
– Хорошо, через две недели фестиваль в "Стерео", готовимся. И… – начинаю рассказывать, то и дело ловя на себе его заинтересованный тёплый взгляд.
Такой теплый, что мне хочется говорить дальше. И я говорю. Вспоминаю смешные моменты, которых случается огромное количество в суматохе подготовки. Ярик комментирует, подтрунивая. Юмор у него всегда был на любителя, немного черным. И поглядывает на меня озорно и одновременно жарко. Так, что у меня щеки пылать начинают, а низ живота стягивает пульсирующим узлом.
Мы потом к нему поедем…И где я буду сегодня спать, вроде как даже и не обсуждается.
И эта мысль щекочет нервы на краешке сознания, заражая предвкушающим трепетом.
После отчета о своей работе, спрашиваю у Яра про его день, и он не может скрыть самодовольную ухмылку.
Хвастается, что в субботу умудрился договориться с каким-то неизвестным мне Богомоловым раньше отца, и сегодня, когда у них была с ним встреча, то, что вопрос уже решен, повергло Тихого – старшего в приятный шок. При этом вид у Яра такой будто он взял золотую медаль на олимпиаде. Светится.
И я не удерживаюсь – вместо того, чтобы говорить дежурные слова похвалы вслух, нахожу его руку на подлокотнике и переплетаю наши пальцы.
