-- Дело, кореш, срочное у меня, -- перебил шофёра Рожков. -- А наука, сам понимаешь, не терпит... Короче, рванём напрямую вместе. Дёрните нас, в случае чего.
-- Или вы нас, -- усмехнулся шофёр тягача, смерив снисходительным взглядом маленький "уазик". Он пожал плечами, вопросительно посмотрел на попутчиков:
-- Решайте сами...
-- Сворачивать с маршрута Карпухин не разрешал, -- несмело возразил егерь Мухин, но Овчарук подтолкнул:
-- Это же твой новый шеф. Думай, Иван. Мужик, видать по всему, путёвый.
И Мухин, стремясь завоевать расположение нового охотоведа, крикнул:
-- Какой разговор, Петрович! Прорвёмся! Дорога ясно не фонтан, но "Уралы" проходят. И стараясь немного разрядить натянутую обстановку, со смешком добавил:
-- Не дадим пострадать науке, верно, Никола?
Шофёр "Урала", не желая перечить новому начальнику, неохотно взялся за руль:
-- Я - что? Я - как все!
И круто развернув тягач, выехал вслед "Уазику".
-- Вот и хорошо, -- катая во рту папиросу и блуждая глазами по сторонам, процедил Рожков сквозь презрительно сжатые редкие зубы. Выплюнул папиросу и зачавкал к "уазику".
-- Погнали, живо! -- резко хлопнул он дверцей.
Автомобили упрямо двинулись в тайгу, разбрызгивая по сторонам мутную жижу, то убыстряя скорость на возвышенностях, то медленно и осторожно сползая в мшистые низины. Густые, низкорослые заросли хвощей и клюквеничника сплошным зелёным ковром устилали эти болотистые места. Заморенные вечной сыростью ели и пихты быстро сменялись на обочинах дороги, обречённые чахнуть и гибнуть. Всё глуше надвигалась вечерняя, сумеречная тайга. И хотя юркий "уазик" и неуклюжий "Урал" ещё ни разу не буксовали, пробираясь через топи по мощенным из жердей гатям, настроение пассажиров и водителей не отличалось весёлостью. На узкой переправе через болото "уазик" неожиданно вильнул в сторону и наглухо сел в разлом между брёвнами. Павел выскочил из машины, присвистнул:
-- Капитально сели. Эх, Юрий Петрович, зачем же вы за руль схватились? Яма здесь, пролом...
-- Хотел как лучше, думал не вырулишь ты... и вот провалились, -- оправдывался Рожков, исподлобья и пристально всматриваясь в просвет между корявыми деревьями, туда, где скрытая зарослями калины дорога, усыпанная опавшими листьями, круто взбегала на сухой взгорок.
Рокоча двигателем, к попавшему в ловушку "уазику" осторожно подобрался тягач. Все вышли из него, разминая затекшие ноги. Утомлённые долгой ездой Мухин и Овчарук, радуясь случаю покурить, торопливо и жадно затянулись табачным дымом, отгоняя им ринувшихся было на них комаров. Кассир Чижова, отмахиваясь от гнуса сломленной веткой калины, испуганно озиралась на угрюмый лес, на смердящую зловонием и плесенью гладь болота, обманчиво зеленевшую густой ряской. Топкая и зыбкая поверхность то там, то здесь вспучивалась огромными пузырями и с шипеньем лопалась, издавая глухие, протяжные вздохи.
-- Как же это занесло тебя сюда, Павлуха? Ты вроде как нарочно влетел сюда... Вот же, проезд, рядом, -- качая головой, недоумевал водитель "Урала".
-- Руль выбило из рук, -- не желая выдавать "медвежью услугу" Рожкова, покривил душой Павел.
-- Ерунда, мужики, выберемся. Мы, бывало, в экспедициях, и не в такие передряги попадали, -- подбодряя всех, сказал Рожков. -- Где трос, кореш? -- обернулся он к водителю "Урала". -- Давай его сюда, быстро! Ты, Павлуха, за руль садись... А ну, мужики, все сюда! Навались, братва! Курить потом будем...
Стоявшие неподалеку Мухин и Овчарук, неловко и бестолково засуетились, помогая Рожкову распутывать буксирный трос. Рожков долго и неумело возился с ним, пытаясь сделать петлю, но водитель "урала" выхватил у него трос и сам принялся связывать концы.
-- Ловко у тебя получается, -- похвалил Рожков, незаметно отходя в сторону. Овчаруку мешал спадающий с плеча автомат. Швырнув его на сиденье, лейтенант бегом вернулся к "уазику". Наконец, мужчинам удалось зацепить трос за крюк, зажатый бревном, но в тот же миг сзади стоящий "Урал" взревел мотором и разъярённым быком рванул вперёд. В одну секунду всё было кончено. Маленький "уазик", сбитый вместе с людьми с настила медленно погружался в пучину зыбкой трясины. Бесчисленные пузыри зашипели вокруг него. Чья-то рука с растопыренными пальцами некоторое время торчала из мутно-зелёной жижи, но вскоре на её месте, среди потревоженной ряски, уже не оставалось ничего, кроме пятна блестевшей воды. Из кабины "Урала" с чемоданом и автоматом не торопясь выбрался называвший себя учёным охотоведом, зло и неприлично выругался в адрес тех, кто ещё минуту назад стоял рядом с ним. Вдруг он увидел перед собой женщину. Ещё не придя в себя от случившегося, кассир, оцепенев от страха, ждала своей участи. Ужасное зрелище, которому она стала свидетелем, начисто лишало её шансов уцелеть в этой таёжной трагедии. Быть может, несчастье произошло случайно? Но злобный вид незнакомца, выдавшего себя за биолога Рожкова, не оставлял надежд. Смерив взглядом стройную фигуру молодой женщины, он ощерился кривыми зубами в развязной усмешке.
