– Ты ведь помнишь эту комнату, правда? Здесь все началось. Здесь он перешел в другой мир, если ты веришь в подобное. Я хотела поговорить здесь, потому что подумала – может, границы в таком месте сотрутся и правда все же выйдет наружу? Но прежде чем мы откроем дверь и войдем, я хочу кое-что спросить. Вот чего я не понимаю. Каждый раз, стоит мне завести разговор о чем-то хорошем, ты суетишься, дергаешься, тебе неприятно. Ты полностью закрываешься. Зато когда мне плохо, когда я сомневаюсь в собственной жизни, когда у меня проблемы с деньгами и женщинами, в твоих глазах внезапно появляется голод. Ты жаждешь подробностей, цепляешься за каждое слово. Я хочу быть с тобой рядом – мы же друзья, черт возьми, – но каждый раз, когда мы общаемся, – каждый раз, мать его, – я смотрю в твои глаза и вижу только отчаянную нужду. Ты буквально излучаешь ее. А самое смешное – ты ведь и сейчас меня даже не слушаешь. Просто стоишь и ждешь своей очереди говорить. Ну, победа за тобой. Мне надоело. Мы наконец-то добрались, нашли эту комнату – думаю, пора открыть дверь и войти. Я хочу знать, что ты думаешь о случившемся. Я хочу знать, что ты думаешь о моей сестре.
Джули Фуруно опустила голову, а затем снова подняла взгляд.
– Повторить? У вас есть замечания?
Эмили покосилась на Роуэна и снова обернулась к Джули.
– Замечательно. Просто замечательно, – сказала она.
Роуэн тоже так думал. Было в Джули что-то такое, что трогало струны души.
– Откуда этот монолог? – спросила Эмили.
– Из пьесы Оливии Дюбуа, бельгийского драматурга. Называется «Тихая комната».
Взяв ручку, Эмили записала название на листе бумаги.
– Оливия Дюбуа, правильно?
Джули кивнула.
– Это было потрясающе, – сказал Роуэн. – Просто невероятно.
– Спасибо.
– Не сочтите меня странным, – сказал Роуэн, стараясь принять как можно более безобидный и непринужденный вид, – но вы напоминаете мне одну девушку. Вы меня точно не узнаете?
– Нет, простите. Мы где-то встречались? – Джули улыбнулась, но тут же нахмурилась. – Черт, – сказала она, – я же не заново пробуюсь, да?
– Нет, – сказал Роуэн. – Ничего такого. Наверное, вы просто очень похожи на одну мою знакомую. Элизу Бранд.
Это узнавание мелькнуло в ее глазах или ему показалось?
– Мы закончили, – сказала Эмили, открыв дверь. – Большое спасибо, что пришли.
– Не за что, – улыбнулась Джули. – Если захотите со мной связаться, контакты агента у вас есть.
– Конечно, – сказала Эмили. – Еще раз спасибо.
Закрыв за ней дверь, Эмили подошла к Роуэну и села за стол.
– Ну что?
– Не знаю, – ответил Роуэн. – Кажется, она узнала имя Элизы Бранд.
– Включай запись, – сказала Эмили. – Посмотрим.
– Я не уверен, что она сохранилась. Я просто нажал на кнопку.
– Я вставила карту памяти, – сказала Эмили и достала ее.
Роуэн вставил карту в ноутбук, и несколько секунд спустя они уже смотрели запись с прослушивания Джули. Роуэн перемотал в самый конец.
– Да, – сказала Эмили. – Она точно отреагировала, когда ты упомянул Элизу Бранд.
Роуэн кивнул. Похоже, она действительно узнала это имя.
Но раз так, то зачем притворяться? Может, он ошибся и не было между ними искры?
– Слушай, – сказала Эмили. – Ты знаешь пьесу, о которой она говорила? «Тихая комната»?
– Нет. А что?
В дверь постучали.
Роуэн покосился на Эмили. Та пожала плечами и пошла открывать.
На пороге стояла Джули.
– Не хотела вас беспокоить, но раз остальные пока не пришли, – она кивнула на пустой вестибюль, – можно задать вам один вопрос?
Эмили взглянула на Роуэна и снова повернулась к Джули.
– Конечно. Проходите.
– Не стоит. Я на секунду.
– А, – сказала Эмили. – Ладно.
– Мне просто интересно… в общем, это немного странно, так что я сразу спрошу, пока не передумала. – Она сделала паузу. – Та девушка, о которой вы говорили… Элиза Бранд…
– Да? – Роуэн встал. Момент настал. Она была готова признаться.
– Откуда вы ее знаете? – спросила Джули.
– Мы недавно ходили с ней на свидание, – сказал Роуэн.
– Вы знаете, о ком речь, – заметила Эмили. – Я же не ошибаюсь?
Джули кивнула.
– Это правда очень странно, так что просто скажу.
Роуэн кивнул.
– Элиза Бранд – это я, – сказала Джули.
Роуэн кивнул.
– Так и знал, – сказал он.
– То есть не совсем я, а моя выдуманная личность.
– Я… вас не понимаю, – сказал Роуэн.
– Если честно, это давняя история. В школе у меня не было друзей, и мама посоветовала придумать себе альтер эго, которой я бы могла притворяться, – кого-нибудь веселого и общительного, полную мою противоположность. Так и появилась Элиза Бранд. Элиза – в честь героини «Моей прекрасной леди», потому что мы с мамой ее обожали, а Бранд – в честь бабушки. Она была невероятно красивой и сильной женщиной.
Роуэн с Эмили переглянулись.
– Так что, – продолжила Джули, – думаю, вы понимаете, почему я так удивилась, что вы меня с ней перепутали.
– Вы правда меня совершенно не узнаете? – спросил Роуэн.
Джули покачала головой.
– Извините.
– Спасибо, что пришли, – сказала Эмили.
Джули ответила не сразу. Просто стояла, задумавшись.
– Это ведь не настоящий кастинг, да? – спросила она наконец.
– Настоящий, конечно, – ответила Эмили.
– Тогда где все актеры?
