Роуэн посмотрел на Эмили и снова на Джули.
В этот момент двери вестибюля открылись, и в них вошла женщина.
– Льет как из ведра, – сказала она, отряхнув зонт и поставив его на стойку. – Простите за опоздание.
– Ну ладно, – сказала Джули. – Спасибо, что пригласили.
Джули Фуруно ушла. Роуэн с Эмили проводили ее взглядом, а когда она скрылась – обернулись к вошедшей женщине.
Это была Мэйдэй с Фабрики Хейзел.
– Ты тут какого хрена забыла? – поинтересовалась Эмили.
– Нам нужно поговорить о «Кроликах», – сказала она.
Эмили с Роуэном отвели Мэйдэй в комнатку для кастинга и закрыли дверь.
– Как ты нас нашла? – спросил Роуэн.
Мэйдэй поднесла палец к губам и вытащила из кармана тихо потрескивающее устройство размером с обычный телефон. Она методично прошла с ним по комнате, а когда добралась до куртки Роуэна, висящей на стуле, оно запищало. Потянувшись, Мэйдэй вытащила из кармана одноразовый мобильник, который сама же дала им на Фабрике. Сняв с него тонкую черную наклейку, Мэйдэй сверилась со сканером и убрала его.
– Все чисто, – сказала она.
– И что все это значит? – поинтересовалась Эмили.
– Спокойно. Просто задам вам пару вопросов и пойду.
– Вы нас отслеживали. – Эмили покачала головой. – Как я только не догадалась проверить?
– Это я вас отслеживала, не Хейзел, – сказала Мэйдэй.
– А ты не из них? – спросил Роуэн.
– Нет, – ответила она. – Я наткнулась на них, пока искала кое-кого другого.
– Кого? – спросила Эмили.
Мэйдэй промолчала.
– Что тебе известно о «Кроликах»? – спросила Эмили.
– Вопросы тут задаю я, – сказала Мэйдэй.
– И с чего ты это решила? – Эмили шагнула ей навстречу. Мэйдэй серьезно ее раздражала.
– Давайте просто поговорим, ладно? – попросил Роуэн. – Вы явно знаете о «Кроликах» больше меня, и я тоже хочу в них разобраться, пока снова не началось безумие.
Эмили с Мэйдэй продолжали сверлить друг друга взглядами.
– Пожалуйста, – сказал Роуэн.
– Мне начать? – наконец спросила Мэйдэй.
– Вперед, – ответила Эмили.
– Ладно, – сказала Мэйдэй, – не буду жаловаться на судьбу-судьбинушку, но если коротко, то в ней фигурировали очень хреновый парень, очень хорошие наркотики и идея того самого парня вломиться в дом моих родителей, чтобы спереть у отца коллекцию монет, в результате чего погибли два человека – увы, хренового парня среди них не было. Самое веселое? Мне пришлось жить на улице и пробиваться обратно наверх, пытаясь забыть, что я сотворила со своей же семьей.
– Кошмар, конечно, – сказала Эмили, – только «Кролики» тут при чем?
– Я еще не дошла, – сказала Мэйдэй и обернулась к Роуэну. – Она всегда такая нетерпеливая?
Роуэн промолчал.
– На игру я наткнулась, пока жила в палатке на северо-востоке Лос-Анджелеса, – продолжила Мэйдэй. – Одна женщина, у которой был грузовик с душем, попросила меня помочь с головоломкой. Она нашла какие-то геометрические узоры на дне жестянки из-под печенья. Говорила, что в детстве узоры были совсем другими и что в них зашифровано послание. Когда я спросила, с чего она так решила, она ответила, что ищет игру. Но подробности не рассказала – якобы это был секрет.
– Она искала «Кроликов»? – спросила Эмили.
– А ты любишь перебивать.
Эмили обожгла ее взглядом.
– В общем, – продолжила Мэйдэй, – я всегда хорошо решала головоломки, так что справилась моментально. В зашифрованном сообщении говорилось о замке с привидениями из парка аттракционов в Пасадене. Через несколько дней та же женщина разыскала меня и попросила съездить с ней в парк. Сказала, что уже дважды туда моталась, но ничего не нашла. Я отказалась, конечно. Я жила на улице, но не голодала и в новых друзьях не нуждалась. И вот тогда-то она рассказала мне об игре.
– Игре в «Кроликов», – сказала Эмили.
Мэйдэй кивнула.
– Она сказала, что это не простая игра: лишь немногие знают о ее существовании, и если уметь разгадывать ребусы, можно выиграть миллионы, даже миллиарды долларов.
– И ты стала ей помогать? – спросил Роуэн.
– Именно, но ровно до тех пор, пока сама не научилась играть. Вскоре после этого я попала в группу единомышленников, с которыми близко сдружилась. Они рассказали мне о всяких ключевых аспектах игры вроде Круга и Перечня. И я нырнула в игру с головой – слишком глубоко, пожалуй, но я не могла бросить. Я была уверена, что выиграю, но в начале десятой итерации что-то случилось.
– Что? – спросил Роуэн.
– Все будто слегка… изменилось. То какое-нибудь здание исчезало с места, где раньше стояло, то слова песни оказывались не совсем такими, какими я их помнила.
– Верится с трудом, – сказал Роуэн.
– Да как скажешь. Я бы, может, списала все на свою дырявую память, но я точно знала, что дело не в ней. Мой мир изменился. Я это чувствовала.
Мэйдэй сделала глубокий вздох.
– И тут произошло еще кое-что, – сказала она. – Внезапно игра просто исчезла.
Эмили заметила, как Роуэн слегка тянется вперед, явно увлеченный рассказом.
– Ты говорила про Круг и Перечень, – сказал он. – Про Перечень я знаю – это список текущих игроков. А что за Круг?
Мэйдэй взглянула на Эмили.
– Сама расскажешь или мне рассказать?
