Код Смитти – он же код стука или просто тап-код – использовался военнопленными во Вьетнаме. В его основе лежала таблица пять на пять – квадрат Полибия, – куда по порядку записывались все буквы алфавита (в латинице – за исключением C и K, занимающих одну клетку). Их позиция определялась номером строки и столбца. Буква А, например, располагалась в верхнем левом углу таблицы и кодировалась двумя единицами. Чтобы ее передать, нужно было стукнуть по стене один раз, подождать и стукнуть второй. Следующая за ней буква все еще находилась в первом ряду, но во втором столбце – соответственно и кодировалась одним ударом, а затем еще двумя. И так далее.
О коде Смитти Эмили узнала из старого учебника для бойскаутов и даже использовала его во время девятой игры. Такие вещи в «Кроликах» могли привести к победе, и в тот раз именно благодаря коду Смитти она была в шаге от нее.
Сейчас она воспользовалась им для передачи послания.
– Без понятия, – ответил мужчина. – Обычно по-разному, но с тобой точно захотят пообщаться.
– Ну раньше наше общение ни к чему не приводило, – ответила Эмили, – так что не факт.
Говоря это, она выстучала на разделяющей их стене два слова: «Код Смитти?»
Второй заключенный ответил одним: «Да».
– Значит, уже гостила у них? – спросил он.
– О да, – ответила Эмили. – И не один раз.
«Сбежим?» – выстучала Эмили.
– Интересно, – сказал он. – Ну так что, ты играешь в игру, о которой меня спрашивали?
А сам ответил: «Не получится».
Вдруг его подослали те люди, чтобы выудить из Эмили информацию? И код Смитти был просто уловкой?
– Без обид, – сказала Эмили, – но я где-то на девяносто процентов уверена, что ты их агент и хочешь меня разговорить.
– Я о тебе того же мнения, – ответил он.
– Естественно, – сказала Эмили, но решила, что с нее хватит. Какая разница, шпионил он за ней или нет? Ее и так схватили. Чего теперь-то бояться?
«Ты в игре?» – выстучала она.
– Ты не ответила насчет игры, – сказал мужчина и стуком ответил: «Никаких Кроликов».
– Уже все равно, в общем-то, но нет, я ни во что не играю, – отозвалась Эмили.
– Интересно, что это за игра, – сказал мужчина и выстучал: «Ему нужна Тихая комната».
«Кому?» – спросила она.
Ответа не последовало.
Она постучала снова: «Тихая комната?»
– Эмили, – сказал он и ответил словом, которое она не смогла разобрать.
– Откуда ты меня знаешь? – спросила она.
– Когда-то я играл в одну игру.
– Кто ты?
– И когда начал, быстро понял, что игра забирает все.
Снова стук. Снова буквы, которые Эмили не понимала.
– Кто ты?
– И неважно, кто ты и чем занимаешься. Чем меньше у тебя есть, тем больше игра отбирает, – продолжал он.
– Я тебя знаю?
Тишина.
Заорав, Эмили бросилась на решетку. Голова закружилась. Она покачнулась под пульсацию крови в ушах.
Только тогда она поняла, где слышала этот голос.
«Эмили».
Он принадлежал ее папе.
«Просыпайся».
И Эмили проснулась.
Она поднялась на ноги, все еще не отойдя ото сна, и подошла к металлической сетке. Она понимала, что уснула, но не представляла, сколько прошло времени.
– Пап? – позвала она.
Ответа не последовало.
Эмили знала, что отец мертв, но голос точно принадлежал ему. Она была в этом уверена.
– Папа! – закричала она.
Ничего.
Тогда Эмили снова завопила, колотя кулаками по сетке.
Несколько минут спустя в коридоре послышались шаги.
– Есть тут кто-нибудь? – крикнула Эмили.
– Господи, можешь потише? – прошептала из коридора женщина, и ее Эмили тоже узнала.
– Мэйдэй?
– Тшшш, – ответила та, открыв дверь камеры Эмили и схватив ее за руку. – Иди за мной, только ни звука, – прошептала она.
– А тот мужчина? – прошептала Эмили. – Нужно его вытащить.
– Какой мужчина? – спросила Мэйдэй.
Эмили отпустила ее ладонь и побежала к соседней камере.
Только не было никакой камеры.
На ее месте стоял только чулан.
– Ау? – прошептала Эмили, но за исключением швабр и чистящих средств чулан был абсолютно пуст.
– Что ты делаешь? – спросила Мэйдэй.
– Никого нет, – прошептала Эмили.
– Да еще б. Это ж чулан.
– А где Роуэн? Нас вместе схватили.
– Мы думаем, что он на другой базе.
– Уверена?
– Нет, зато уверена, что ты тут одна, и если хочешь выбраться – кончай страдать херней.
– Ты снова сказала «мы». С кем ты на этот раз?
Мэйдэй потянула Эмили к двери в конце коридора.
– Просто иди за мной и помалкивай.
Они осторожно пробирались по лабиринту коридоров, пока не добрались до служебного выхода, расположенного несколькими этажами ниже тюрьмы. Мэйдэй открыла дверь, и они вышли в кромешную тьму. Стрекотали сверчки, а издалека доносился шум машин – скорее всего, там была автострада.
Мэйдэй пошла по узкому тротуару, то и дело оглядываясь. Несколько минут спустя она включила фонарик и потянула Эмили к тропке, ведущей в лес.
Десять минут они шли по пролеску в молчании, но потом Мэйдэй остановилась перед большим пнем.
– Почти добрались до машины.
– Который час? – спросила Эмили. Может, из-за того, что она сидела в камере без окон и дверей, темнота казалось странной, словно вне времени, и это пугало.
– Два ночи, – ответила Мэйдэй. – Идем быстрее, пока тебя не хватились.
– Как ты меня нашла?
– Меньше болтай, больше топай.
Эмили остановилась.
