Но не успела Эмили отойти, как Брикс схватила ее за руку.
– Мне бояться? – спросила она.
Эмили с улыбкой покачала головой.
– Не стоит.
Она не любила врать людям, которые хорошо к ней относились, но если бы Эмили объяснила, что их поток измерений вот-вот схлопнется, отрезанный от мультивселенной, то напугала бы бедняжку только сильнее.
На улице Эмили спросила у двух водителей, запланированный это сбор или нет. Оба закономерно ответили, что нет, это вышло совершенно случайно.
Совершенно случайно, бесспорно, но вместе с тем – нет.
Их привели сюда «Кролики».
Эмили это чувствовала.
Она нащупала ключик в кармане джинсов. «Декстер» – было выгравировано на нем. Эмили понимала, что это подсказка, но не могла ее разгадать. Ей нужен был свежий взгляд.
Она пошла в сторону железнодорожной платформы.
Попутно набрала Скарпио, но тот опять не ответил.
Эмили опасалась возвращаться к нему в пентхаус, не связавшись заранее, и все же ей нужна была помощь, а главное – ей нужно было понять, удалось ли Пеппер с остальными сбежать от тех людей в лифте.
Эмили лишилась практически всех, кто был ей хоть сколько-то дорог.
Теперь на кону стояли жизни Пеппер и Скарпио, и она не собиралась сдаваться без боя.
– Как же я рада, что ты жива, – сказала Пеппер, выпуская ее из продолжительного объятия.
– И я, – ответила Эмили. – В смысле, взаимно.
Пеппер подскочила к ней сразу же, стоило Эмили открыть дверь пентхауса Скарпио. А как только закончила обнимать, Эмили бросилась в комнату, где в последний раз видела Суон.
Там никого не оказалось.
– Ее больше нет, – сказала Пеппер. – Работники как раз убирали комнату, когда я пришла.
Эмили вздрогнула, как от удара, но она ожидала этого с момента, как Суон перевели на морфин.
– Что случилось?
– Врач сказал, она скончалась вскоре после нашего ухода.
Эмили кивнула, изо всех сил стараясь не плакать.
– Скарпио и Мэйдэй с тобой?
Пеппер помотала головой.
– Не видела их с торгового центра.
– Как ты от них оторвалась?
Пеппер рассказала, что укрылась в очереди за кроссовками ограниченной серии, а когда убедилась, что никто за ней не следит, – сразу же вернулась к Скарпио и с тех пор на улицу не высовывалась.
– Звонила Мэйдэй? – спросила Эмили.
– Не берет трубку.
– Скарпио тоже.
– Хочешь есть? – спросила Пеппер. – Я как раз собиралась готовить.
– Безумно.
– А тебя где носило? – спросила Пеппер, роясь в кухонных ящиках.
– Что ты ищешь?
– Штопор, – ответила Пеппер.
– Слава богу, – сказала Эмили и пошла помогать.
Пеппер, достав бутылку совиньон блан из полностью забитого винного холодильника, коих тут было два, поставила на плиту воду.
Эмили разыскала штопор и разлила вино по бокалам.
– Твое здоровье, – сказала Пеппер, после чего они с Эмили обменялись короткими полуулыбками, выражавшими все, что не хватало сил озвучить, и звякнули бокалами.
Попивая вино, Эмили рассказала, куда она ездила, а когда закончила – передала Пеппер документ и ключ, найденные в потайном кабинете родителей.
– Снова Тихая комната, – сказала Пеппер.
– Ты когда-нибудь слышала о межпространстве?
Пеппер кивнула.
– В Тихую комнату сложно поверить, а вот межпространство… Я сталкивалась с такими вещами, что… не знаю. Может, оно действительно существует.
– Например?
– Так, ну один раз я долго перемещалась вдоль радиантов в соответствии с указаниями игры и активировала Терминал.
– Это в Сиэтле, да?
Пеппер кивнула.
– Мощный радиант, ага.
– И что произошло?
– Тогда я назвала это… переходом.
– Так…
– Сначала мне показалось, что я перескочила в другой поток, но нет.
– В смысле?
– Я оказалась в пространстве, почти полностью идентичном исходному потоку, но немного… другом. Стало холоднее и темнее, как в сумерках, все было будто бы в дымке. А еще как-то раз я возвращалась домой после вечеринки во время девятой итерации, и вдруг людей вокруг стало меньше и я стала слышать все по-другому. Словно басы выкрутили на полную, а высокие частоты уменьшили. И насекомые притихли, что странно. И дымка опять появилась. В общем, сложно объяснить.
– Не объясняй. Я тебя понимаю, – сказала Эмили.
– В плане?
– Со мной тоже случалось подобное.
– Когда?
– Пару раз, – ответила Эмили, – из недавнего – когда мы с К перескочили в новое измерение в конце последней итерации. Мы будто попали в теневой мир. Людей стало меньше, и повсюду висела темная дымка. Еще как-то раз мы с родителями играли в настольную игру, и вдруг что-то случилось. Комната стала другой. Вроде осталась прежней, но я словно смотрела на нее сквозь пятно.
– И правда похоже, – сказала Пеппер.
– Ага.
