Влад не запомнил, как они добрались до спальни. Он швырнул девушку на кровать. Приземлившись на мягкий матрац, Матильда даже и не думала поправлять вульгарно задравшуюся юбку. С видом художника, оценивающего свою работу, она смотрела на юношу, который к этому моменту остался в одних боксёрах. Владислав был сильно возбуждён, казалось, что даже воздух вокруг накалился, – это польстило лигрице. Прикусив губу, она зазывно провела рукой по груди, затем по животу, спускаясь всё ниже… Издав что-то похожее на рычание, Влад практически накинулся на Матильду, которая, ловко вывернувшись, каким-то невообразимым для парня образом, оказалась сверху. Посчитав, что пора бы и ей раздеться, Мати попробовала потянуть за собачку, но та не поддалась. По сему молния платья, с которой они оба пытались справиться ещё в гостиной, была варварским образом разорвана.
Наконец избавившись от ненавистного предмета одежды, девушка поцеловала Владислава сначала в губы, затем в шею… Опускаясь всё ниже, она специально держалась на таком расстоянии, чтобы её грудь касалась его кожи. Когда её губы коснулись живота, по телу Влада прокатилась лёгкая дрожь. Матильде нравилось играть с ним, чувствуя чужое желание, она возбуждалась всё больше. Она посмотрела на юношу и ехидно ухмыльнулась, встретившись с ним глазами. Зубами подцепив боксёры, Мати попыталась стащить их, но сообразив, что это не так-то просто, помогла себе руками и кинула бельё на пол.
– Иди сюда… – прошептал он, подтянув её за руку к себе, и, заключив в объятия, наконец перехватил инициативу.
«Я проститутка… – первая мысль, посетившая голову Матильды после пробуждения, заставила сердце сжаться от отвращения. Проснувшись поздно ночью (или, вернее, очень рано утром), девушка, терзаемая жаждой, обнаружила себя в незнакомой комнате, на незнакомой кровати, зато рядом с очень (к сожалению) знакомым парнем. – Нет, я хуже проститутки, они хотя бы деньги за это берут, а я просто пьяная потаскуха!»
События прошлой ночи расплывались в памяти: вечер, ужин с Эдмоном, поцелуй. Ему понадобилось ненадолго уйти, а потом… а потом она зачем-то позвонила Владу и… вот так оказалась здесь.
«Чёрт! Что подумал Эд, когда вернулся в бар, а меня там уже не было?! Нужно будет извиниться, но сначала…» – Мати, стараясь не разбудить Владислава, тихо выскользнула из кровати и принялась быстро собирать разбросанную по полу одежду. В полумраке она обшарила всю комнату, но так и не нашла одного очень важного предмета гардероба – своих трусов.
«Охренительно! Мне что, так и идти?! – её взгляд упал на валявшиеся тут же боксёры Влада. – Ну уж нет! Лучше вообще без белья!» – но богатая фантазия тут же нарисовала серию комиксов под названием «Дорога домой»: вот Матильда идёт по улице, а ветер задувает прямо в междуножье, особенно сильный порыв задирает юбку… Вот она долго и безуспешно ловит такси, а вот поднимается по лестнице, и все, кто внизу, становятся свидетелями…
Поборовшись с собой секунд десять, она натянула боксеры, а за ними и остальную одежду. Тут её ждал ещё один неприятный сюрприз – молния на платье была вырвана, что называется, с мясом.
«Повезло ещё, что пальто взяла».
Пить хотелось нестерпимо: «Где здесь кухня? – пыталась сообразить Мати, покинув спальню. – Надеюсь, он не с родителями живёт…» – перспектива такого знакомства совсем не радовала.
С трудом ориентируясь в полной темноте, Матильда набрела на дверь. Решив попытать удачу, она тихонько повернула ручку. Оказавшись внутри, девушка сразу поняла, что ошиблась. Вместо кухни она забрела в чью-то спальню: просторная комната была отделана в светлых тонах, каких именно – не разглядеть. Тем не менее шторы на широких окнах были одёрнуты, и лунный свет проникал внутрь, частично освещая кровать. Глаза сразу же уловили на ней какое-то движение – кошка, видимо, разбуженная приходом незваной гостьи, приподняла голову, насторожённо прислушиваясь. Мати улыбнулась, она всегда чувствовала что-то вроде родства с этими животными. Однако улыбка сменилась выражением полнейшего ужаса, когда её взгляд наткнулся на окутанного светом луны, безмятежно спящего Принца. Мысль о том, что лучше бы это оказались родители, пронеслась где-то на заднем плане, когда Матильда, не помня себя от смятения и вмиг позабыв о жажде, трусах и порванном платье, понеслась к выходу.
Как добралась до дома, Мати помнила плохо. Едва оказавшись на пороге, она пулей метнулась в свою комнату. Скинув с себя одежду, Матильда не разбираясь запихнула её в стиральную машину, а сама залезла под холодный душ в надежде взбодриться. Результата это не принесло: постояв под струёй ледяной воды и окончательно замёрзнув, она сдалась и решила, что самое полезное сейчас – отоспаться.
