- Ну что, - со вздохом пожал плечами водитель. - Уж звиняйте, но ночевать здесь будем.
Он вздохнул и приглушил мотор. Фары тоже погасли, окончательно погружая всё вокруг в непроглядную тьму. Я сглотнула, а Егор уже не скрывал страха и откровенно ко мне жался.
- В смысле здесь? - голос Марка прозвучал угрожающе хмуро: - Посреди дороги? С выключенными фарами? А если кто поедет и влетит? Нас же не видно ни черта!
- Вряд ли еще дураки найдутся, - буркнул в ответ водитель, но быстро добавил: - Да и не разгонится никто по такой дороге. Ежели кто и поедет, нас заметят, хорошо не на повороте встряли.
Я отчаянно высматривала в темноте силуэт Марка с переднего сиденья. Почему-то он казался далеким, хотя сидел на расстоянии вытянутой руки.
- До утра точно не тронемся. - продолжал водитель: - Будем пытаться сейчас выбраться - бензин только посадим.
Звучал логично, но сама мысль заночевать в старой развалине посреди тёмного леса ужасала. Вот только выбора другого не было, и мы все это понимали. Ермилин пробурчал себе под нос что-то неприличное, и вдруг снова вышел. Я со страхом наблюдала, как парень обходит машину, но с облегчением поняла, что он просто хочет сесть рядом. Когда дверь с моей стороны открылась, и мокрый Марк попытался протиснуться в узкий проход, я не стала сдерживать облеченную и совсем не своевременную улыбку, в темноте её все равно не было видно.
- Холодно там, - будто в оправдание пробурчал Ермилин, залезая внутрь.
Мы с Егором подвинулись, освобождая для него место, а парень быстро сел и с грохотом захлопнул за собой дверь.
От него веяло холодом и влагой, но я все равно прижалась к его боку, с облегчением выдыхая. Марк положил на спинку сиденья руку, одновременно приобнимая меня и похлопывая по плечу жавшегося ко мне Егора. А мне даже стыдно не было, я обвила его торс свободной рукой и уткнулась носом в плечо, не сдерживая давно мешающий дышать всхлип.
- Прекрати уже бояться, - с едва заметной улыбкой шепнул парень, неожиданно целуя меня в макушку. - Ничего страшного не случилось. Скоро рассветет, дождь закончится, и поедем дальше.
Через несколько минут, будто подтверждая его слова, шум дождя стал тише. Горизонт окрасила короткая вспышка, но звуки грома до нас так и не донеслись. Ливень устало отступал. Марка едва заметно трясло от холода, и я нахмурилась. Постаралась прижаться к нему сильнее, но понимала, что это вряд ли поможет.
- Сними куртку, - шепнула отстраняясь.
Ермилин удивленно отпустил меня, а я стянула с плеч растянутую на несколько размеров теплую серую кофту. Голые локти, до которых едва достигали рукава черной футболки, тут же покрылись мурашками, а дующий в неплотно прилегавшие двери сквозняк неприятно остудил кожу. Таксист оглянулся на наши шевеления, не заметил ничего в темноте и, что-то пробубнив себе под нос, снова отвернулся, калачиком сворачиваясь на своем кресле. Марк же не стал ничего спрашивать, послушно снял насквозь промокшую куртку и перебросил ее на переднее сиденье. Не смотря на то, что моя кофта была сильно растянута, сунуть руки в рукава у Ермилина все равно не получилось, поэтому он просто набросил её на плечи и снова притянул меня к себе, а я в свою очередь, прижала к себе Егора. Через какое-то время, мальчик и вовсе улегся головой на мои колени и начал беспокойно сопеть. Марк через пару минут задышал ровнее, а вот мне сон так и не шёл. Я заворожено наблюдала за черными силуэтами шатающихся на ветру сосен и до боли в глазах всматривалась в ночную темноту. Казалось, что стоит моргнуть лишь на секунду, и я пропущу момент, когда из темноты на нас выскочит кто-то, кто все это время ждал, когда мы ослабим бдительность.
- Ася, спи, - Марк положил щеку на мою макушку и тяжело вздохнул. - Утро нас ждет тяжелое.
Не знаю, что помогло мне лучше: его наставительный тон или тот факт, что парень тоже не спит, но после его слов я послушно закрыла глаза и провалилась в тяжелую дрёму.
Утро действительно оказалось тяжелым. За ночь сильно похолодало, и одежда совсем не спасала от ледяных сквозняков. Влажный туман стелился по земле и портил видимость: по краям дороги можно было с трудом разглядеть силуэты самых ближних деревьев, но позади них все тонуло в грязно-молочной густой пелене. Серый лес, еще не освященный утренними лучами, недружелюбно стонал и гудел, но хорошо хоть дождя давно не было.
Как только ночная мгла проиграла бой вторгшейся на её территорию тусклой предрассветной заре, мы, трясясь от холода, выбрались на улицу и снова попытались толкать застрявшую машину. На этот раз помогать Марку взялся даже Егорка, но наших сил все равно не хватало. Связь по-прежнему не ловила, и таксист, тяжело вздыхая, все же решился идти в деревню. Сначала мы хотели, пойти вместе с ним, чтобы не разделяться, но одного взгляда на трясущегося от холода и усталости Егора хватило, чтобы отказаться от этой идеи.
