Вячеслав присутствовал на одном из обязательных совещаний, где он как один из технических руководителей компании-разработчика системы документооборота должен был в случае необходимости проконсультировать менеджеров о том или ином техническом решении. Совещание было скучным, как и все совещания такого рода. Менеджеры ставили их в календарь, чтобы ощущать свою значимость и показывать занятость своему руководству. Вячеслав понимал правила игры и уже давно перестал пытаться изменить этот обычай. В большой бюрократизированной системе массовые совещания были неизбежным злом, размер зла был прямо пропорционален числу адептов этого зла – менеджеров, каждый из которых должен был забить свой календарь, видимый другим, минимум шестью часами совещаний из восьми, отведенных для ежедневной работы. Так как при любом обсуждении информационных систем возникали технические вопросы, менеджерам нужны были консультанты-технари. По этой причине менеджеры беззастенчиво тратили время своих подчиненных.
Совещание было между двумя группами менеджеров. Первая группа – коллеги Вячеслава, менеджеры подрядчика – пыталась доказать второй, что разработка стоит денег и требует времени. Вторая группа – менеджеры государственной компании, крупного заказчика – пыталась убедить первую группу, что работы уже оплачены и дальнейшие работы надо осуществить бесплатно, несмотря на то, что их нет в контракте. Разговор давно зашел в тупик, аргументы были повторены несколько раз, стороны оставались при своих мнениях. Вячеслав почти не слушал дискутирующих. Возможность «встать на mute», как говорили в их среде – была благословением удаленных совещаний.
На одном из мониторов Вячеслава уже третий день был размещён график котировок акций Императорского банка. Даже мельком брошенный на этот монитор взгляд приносил удовольствие. С открытия торгов цена акции уменьшилась уже на 12 процентов, а день ведь только начался. Телефонный звонок заставил отвлечься:
– Привет, Слав! Как дела?
– Привет, Рустам. Хорошо, работаю. Как сам?
– Тоже работаю. Вижу со вчерашнего дня, что наше дело правое, враг будет разбит, победа будет за нами, – процитировал московский тимлид речь советского министра.
– Работаю над этим как краб на галерах, – ответил цитатой президента Вячеслав.
– Мы тут пошептались московской тусовкой и тоже решили не морозиться, – татарский акцент товарища и его лексика одновременно развлекали и раздражали Вячеслава. – Скину тебе список мощностей, которые у нас простаивают в моменте. Мощности эти на амазоне или на гугле, что-то на azure. Если надумаете ddos делать, можно их использовать. Считай это нашим вкладом в общее дело.
– Спасибо. Что будете говорить, если будет расследование и приведет к вашим машинкам?
– Да мы все продумали уже. Те машинки, что прямо наши, мы в список не поставили. Там такие, знаешь, общественные. В крупных компаниях всегда куча простаивающих мощностей, за которые толком никто не отвечает. Так вот это они. Там даже учетки общественные. Это не навсегда, но до следующей недели они твои. Пока! – Рустам повесил трубку.
Было приятно чувствовать поддержку. Дело, которое сильно выходило за пределы обыденности их круга, кажется, ещё больше объединило Профсоюз. Вячеслав получал информацию от многих коллег по организации, которая двигала дело вперед. Даже те, кто не имел возможности помочь ресурсами, живо интересовались авантюрой. Вместе с тем, полное отсутствие конспирации, большой круг знающих о деле лиц, все больше тревожили. Нотки тревоги проскальзывали в разговорах, переписке. Когда вся команда увидела на экранах, как дешевеет банк, как он теряет деньги, они поняли, что это им по силам. Некоторых испугало новое знание о себе и товарищах. И хотя никто не заявил явно о том, что не поддерживает такие акции, сомнение витало в воздухе. Исчезновение Михаила, о котором пока знали только присутствовавшие на стендапе, вносило свой вклад в нервозность дня. Принятие помощи москвичей означало увеличение риска, появление связи между происходящим с банком и рядом участников Профсоюза.
Вячеслав увидел на экране телефона, что кто-то добавил его в секретный чат в телеграме, первым сообщением было: «Добрый день, Вячеслав. Мы заметили ваш интерес к одной банковской организации. Нам она тоже интересна. Ваш успех нас радует и мы бы хотели внести свою лепту». Судя по информации на экране, автором сообщения, начавшим чат, был один из основателей телеграм, эмигрировавший несколько лет назад из России. Рядом с его именем в телеграме была синяя галочка – аккаунт был верифицирован. Вячеслав удивленно смотрел в экран смартфона, надо было что-то ответить. Не фейковый ли аккаунт? К чему это сообщение? Любопытство взяло верх:
– Добрый день. Зачем вам это?
– Мы когда-то социальную сеть пилили. Ваши банкиры ее забрали и помогли нам эмигрировать. Хотим отдать должок.
– Чем хотите помочь? – лаконичный ответ собеседника чуть успокоил Вячеслава.
