– Благодаря вашему правительству мы написали распределенную систему, которая позволяет нам пережить практически любую атаку. Ваши одумались, блокировки прекратили, система простаивает. Немножко модифицировать и она от защиты перейдет к нападению, а блокировать ее будет так же сложно. Можем сделать сервисы банка самыми популярными в мире на ближайшую неделю. Вы не против?
– Поддерживаю.
– Вот и славно. Всего доброго!
Прежде чем Вячеслав смог попрощаться в ответ, закрытый чат был удален собеседником. Все ещё не понимая, было ли это на самом деле и был ли его собеседник тем, за кого себя выдавал, Вячеслав обдумывал диалог, его возможные последствия. Улыбка не сходила с лица тимлида. Сюрприз был хорош и сам по себе, даже если это был розыгрыш. Совещание все ещё продолжалось: менеджеры продолжали отстаивать свои позиции, подходил к концу второй час препирательств.
Таинственный телеграм-собеседник предложил то же самое, что и Рустам – атаку на сервисы и приложения банка, которая заключалась в бомбардировке их громадным количеством информации, таким количеством, которое банк не мог обработать. Результатом атаки должен был стать выход системы банка из строя. Разница двух предложений была на поверхности: мощности москвичей были ограничены и, теоретически, могли привести к Профсоюзу, неожиданная помощь извне была привлекательней. Весь вопрос был в ее реальности.
– Здарова! – радостный голос звонившего Михаила заставил Вячеслава широко улыбнуться.
– Куда ты пропал, хулиган?!
– Соскучился по мне, а? – Михаил был или чем-то очень доволен или пьян, развязность в разговоре выдавала его.
– Ни разу, ты слишком быстро объявился, я ждал тебя через неделю. – подыграл Вячеслав. – Рассказывай уже, что у тебя там!
– Да все в порядке. Я только освободился. С раннего утра с Ильей тащим наружу из дата-центра данные на дисках. Он копирует данные, выносит на дисках через проходную, а я сижу в машине и проверяю добычу, корректирую, что нести в следующий раз. Данных много, скорость копирования низкая, да и девопс, бегающий туда-сюда, может привлечь внимание. Короче, у меня несколько терабайт каких-то банковских данных, надеюсь, это не только логи дурацких приложений Лиз.
– Хорошо, она это не слышит. Она бы тебе объяснила за дурацкие приложеньки. Правильно понял, что данные у тебя, а ты уже дома?
– Ага, данные у меня, но я не дома. Я в аэропорту, жду самолет, не хочу тут больше сидеть. Что-то этот городок меня напрягает, в столицах веселее. Завтра буду в Москве, потом наверно к вам. В этих данных должен кто-то поразбираться, я свое дело сделал.
– Как там твоего нового друга зовут? Илья? С ним все в порядке?
– Конечно с ним все в порядке. Я ему оффер сделал, завяжет скоро со своей налоговой.
– Он так хорош? – удивился Вячеслав необычной для Михаила скорости найма.
– Будет лучше.
– Ладно, пиши, как долетишь, не пропадай больше. Мы за тебя волновались, все.
Совещания Иван не любил, поэтому ходил только на обязательные. Ещё когда работа предполагала нахождение в офисе и под совещанием понималось долгое присутствие в замкнутом помещёнии с малоприятными людьми, он старался их избегать, посылая вместо себя кого-то из подчиненных или менеджера. Перейдя на удаленку, когда вообще заставить кого-то что-то сделать стало невозможно, Иван избавил себя от совещаний почти полностью. Даже новый утренний стендап Профсоюза, на который он был приглашен, тяготил. Но сегодня, впервые за неделю надо было зайти.
– Доброго утра, товарищи! – шутливо поприветствовал он молчаливо присутствующих в zoom-конференции.
– Иван Андреевич, какая честь! Какими судьбами? – так же шутливо, поверх приветствий коллег, ответил Лев. Когда-то их знакомство началось с вялого конфликта. Они познакомились на одном бигдата-проекте, где не сошлись во взглядах на адекватную задаче реализацию системы хранения сырых данных. Конфликт подогревался их менеджерами, так как каждый из двух подрядчиков проекта хотел перетянуть одеяло на себя и забрать себе проект полностью. Довольно быстро Лев и Иван осознали игру руководства, помирились, признав высокую компетенцию друг друга и успешно продолжили работать вместе, оставив менеджерам их местечковую политику без соучастия.
– Привет, Лев! Да вот зашел послушать про ваши успехи. А вы молчите, в тишине сидите.
– Фюрера ждем, Иван Андреевич. Доброе утро! – голос Михаила выдавал усталость.
– Здравствуй, Миш! Как твой трактор? – трактор был мемом, указывающим на эмиграцию. Расхожая идиома «завести трактор» означала отъезд из страны.
– Все ещё в процессе, – с грустью ответил Михаил. В это время к собранию подключился Вячеслав:
– Фюрер приветствует всех, приветствую особенно Ивана Андреевича! Давайте начнем, кратенько по статусу. Михаил, ты первый.
