Я посмотрела на своих спутников. Ох! Впереди, вовсе не шел, а парил Шаман, с ног до головы укутанный в какой-то невиданный тускло мерцающий серебристый плащ, держа перед собой такой черный квадрат, что Малевичу со всей его мистической философией и не снилось. Интересно, что Сашка там видел? Дик испуганно семенил рядом со мной. Вся его шерсть стала зеленой и от ушей до кончика поджатого хвоста стояла дыбом, а глаза фосфоресцировали похлеще, чем у собаки Баскервилей. Время от времени он судорожно облизывал нос и жалобно скулил. Одежда Слая казалась бледно-сиреневым желе, что неописуемо контрастировало с лицом и руками темно-багрового цвета и волосами бирюзовых оттенков. Нашему проводнику из Гильдии Воров не было страшно. Не поддающийся описанию интерес, как неотъемлемая часть, присутствовал на его восторженной физиономии.
Я посмотрела на себя. Естественно, и здесь зрелище было то еще. Не могу сказать о цвете своих волос и лица, но руки сияли чем-то изумрудно-зеленым, ногти фиолетовым, кольцо Беса очень смахивало на обручальное, каких полно в моем мире. Одежда представляла собой кольчужную рубашку и штаны светло-голубого цвета. Хорошо хоть вся эта амуниция не весила столько, сколько весит металл!
Не могу передать словами, как оживляла наша сюрреалистическая группа унылый пейзаж «нижнего» мира. Жаль, что не нашлось какого-нибудь сумасшедшего художника, чтобы это запечатлеть, уж не говорю о папарацци.
Я уже собралась обсудить эту животрепещущую картину с Шаманом, как вдруг откуда-то как из-под земли рядом со Слаем появилась довольно крупная рысь, потерлась головой о его руку, замурлыкала не хуже домашней кошки и легко засеменила рядом. Господин Фокс удивленно открыл рот, но так ничего и не сказал. Да и как он мог это сделать? Телепатией Слай не владел, а в «нижнем» мире обыкновенной речи просто не существовало. Но он быстро справился со своим удивлением и ласково погладил рыську по голове. Кошка разразилась еще более громким мурлыканьем. Я улыбнулась, а Дик презрительно фыркнул. Хорошо, что хоть в драку не полез.
На самом деле произошла просто замечательная вещь. У Слая появилось «животное Силы». Обычно подобные зверюшки есть у каждого, уважающего себя шамана. У кого — одно, у кого несколько. Зависит от обстоятельств и могущества индивида. У нас с Сашкой тоже были, у каждого свои, но, как правило, с «животными Силы» встречаются tete-a-tete, без свидетелей. Эти замечательные звери оказывают покровительство и помогают в разных делах тому, с кем им довелось подружиться. Видимо, на Церре существовали свои законы даже для «нижнего» мира, потому что я, путешествуя по этому сказочному местечку в первый раз, не встретила никого, кто отдаленно бы принадлежал к человеческому роду, а вот зверей насобирала целую кучу. Еще есть правило, что никто не должен знать о том, какие представители фауны согласились стать твоими друзьями, и Шаман, контролировавший мою первую экскурсию, рядом со мной не присутствовал, а наши последующие совместные «нижние» прогулки обходились без посещений местных «зоопарков». Скорее всего, для Слая этот закон был писан по-другому, ведь, в конце концов, он являлся уроженцем этой планеты, а с настоящими церрянскими шаманами нам еще не доводилось общаться. Наши сокурсники по Академии, составлявшие нам компанию, в расчет не принимались — не имея шаманского посвящения, они болтались с нами просто из интереса. Я же удостоилась сей высокой чести, то бишь, посвящения, под гостеприимным кровом Пашкиного дома. Санька, взяв на себя роль моего гуру, устроил целое представление. Панька с драконом, тайно подглядывавшие за нами в окно, ухихикались от души.
Впрочем, все это не суть важно. Радовало само по себе то, что Слай стал более защищенным, а уж каким способом он умудрился это сделать, относилось на счет, как сказали бы у нас, его личных трудностей.
Мы шли уже довольно долго и достаточно устали, когда бескрайняя равнина начала постепенно переходить в гору, не меняя при этом своего цвета. Где-то высоко впереди замаячила блестящая точка. По мере приближения она становилась все ярче, а вокруг нас постепенно сгущался сумрак. Скоро стало совсем темно, но мне было не привыкать шляться за Шаманом с закрытыми глазами, а потому я только покрепче сжала руку Слая и собачий загривок. Я-то знала, что путешествие по «нижнему» миру подходит к концу. Точка стала огромным ослепительно ярким шаром, взорвавшимся и разлетевшимся на множество маленьких сверкающих пылинок, как только Шаман с ним поравнялся. Несколько мгновений мы ничего не видели, а потом над нашими головами оказалось темное небо Церры, усыпанное звездами. Свежий ветер дул с Сизых гор, под ногами шелестела жесткая трава, а на большом камне, около которого мы увидели несколько желтых кирпичиков дороги, сидел наш замечательный Кеша и потирал лапой нос. Его чешуйчатая кожа серебрилась в лунном свете.
