— Где ты был перед тем, как занялся медитацией? У себя в квартире, на даче, в походе? Откуда там взялись все эти странные предметы, я имею в виду лампочку и прочее. И почему ты взял с собой только окно и абажур, а остальное оставил, когда услышал, что я тебя зову?
— Черт, а ведь я совсем об этом забыл, — Сашка озадаченно посмотрел на меня. — Подожди, я постараюсь вспомнить.
Однако из этой затеи ничего не получилось. Через полчаса, когда мы уже сворачивали лагерь, он виновато улыбнулся.
— Странное дело. Воспоминания крутятся где-то рядом, кажется, вот сейчас все станет ясно и… пустота.
— Ничего, не переживай. Главное, что ты этим озадачился. Никогда не поверю, чтобы отличники вроде тебя страдали затяжной амнезией. Просто время должно пройти. Со мной ведь тоже было нечто подобное, когда я Беса пыталась идентифицировать.
— Удивительные вы ребята, как я погляжу, — Слай посадил Кешу к себе на плечо и ухмыльнулся. — Я-то, когда за вами в это подземное царство рванул, думал, что вы такими вещами можете каждый день по несколько раз заниматься. А вы, оказывается, сами не знали, что творили. Даже странно, что все так хорошо кончилось. А ну как застряли бы мы там на веки вечные? Чует мое сердце, что за вами еще нужен глаз да глаз.
— Они такие, — важно подтвердил Кеша.
— Вспомнил, — Шаман звонко хлопнул себя по лбу. — Мы ведь тогда с ребятами в очередной поход отправились в карельскую глухомань, весь день брели по лесу и наткнулись на избушку лесника. Был вечер, вот мы и попросились переночевать. Лесник классным дедом оказался, накормил нас, выставил какую-то водку, настоянную на травах. Развезло нас с нее круто, да и усталость давала о себе знать, так что мы уснули, как убитые. А уж чего я во сне навалял, убей, не помню. Представляешь себе мои ощущения, когда я проснулся в этой грешной степи!
— Между прочим, действия твои были вполне осознанные, у меня сложилось впечатление, что ты в том сказочном месте вполне обжился. И потом очнулся там не земной Санька, а его двойник. У земного мы при случае выясним, что он запомнил. Ладно. А почему все-таки именно окно и абажур?
— Не знаю. Как будто кто-то настоятельно мне это предписывал, по-другому и объяснить не могу. А вот, видишь, пригодилось. Странно только, что абажур этот от моей настольной лампы, помнишь, у меня дома, а вот все остальное — от лесника.
— Случайностей не бывает. Будем считать, что так и надо. А кому? — Какая разница? Главное, что в дело пошло в нужное время и в нужном месте, — Кеша задумчиво потер лапой нос.
Тропинка нырнула в очередное ущелье и горы снова обступили нас плотной стеной. Иногда проход был таким узким, что идти приходилось по одному. Мы с Сашкой уменьшили собаку в размерах под руководством дракона, поделившегося с нами заклинанием трансформации роста.
Через несколько дней, ближе к вечеру, очередное ущелье осталось позади, и мы вышли на небольшое плато, посередине которого возвышался второй обелиск.
У второго обелиска повторилась та же самая история, что и у первого. Только вместо послания оказалась просто карта, указывающая на юг, растаявшая в наших руках, как и предыдущая. Интересно, те, кто проходил этот путь до нас, тоже сталкивались с исчезающими бумажками? Запросив справочник в Академии Магов, мы долго выбирали маршрут. Быстрее всего получалось идти через город Ремесел, потом через Эльфийский лес и дальше, по краешку Старых гор. Горы хоть и звались Старыми, но были почти непроходимыми, а топать через высокие перевалы, покрытые снегом и льдом, охотников находилось мало. Слай сказал, что знает несколько незаметных и мало хоженых тропок по предгорью, где можно и воды ключевой набрать, и хвороста на костер насобирать, да и Дику будет, на кого поохотиться. Пройдем Старые горы, переправимся через реку Капельку, а там, как ни крути, придется идти степью до окраины Зыбучей пустыни, где и расположен третий обелиск.
Мы тронулись в путь, стараясь как можно быстрее уйти с открытого места. Вечером в горах становилось холодно, несмотря на лето. Как-то незаметно мы забрались довольно высоко, но Слай утешил, что через день пути снова спустимся на равнину. Наконец показался перелесок. Прежде, чем разбить лагерь, я решила начертить охранный круг, особо не надеясь, что он сработает, но больно не хотелось снова уходить шаманским путем, отнимавшим много сил, а у нас их сегодня уже не осталось. Напиток дедушки Мойсы я пока не решалась распечатать. Путь впереди долгий, мало ли что может случиться.
Взяв свою лозу, я прочертила ею довольно большую окружность, прося у природы защиты. Когда круг замкнулся, он вдруг на мгновение вспыхнул в лучах заходящего солнца нежным золотистым светом и погас. Можно было разбивать лагерь и готовить ужин. Раскрошив немножко хлеба и плеснув воды на землю, я присоединилась к компании у костра.
— Кто тебя учил этому? — спросил Шаман. — Что-то я не помню, чтобы ты рассказывала о таком ритуале.
