Стоит моему волку взяться за крючки сюрко, опять появляется Джаред, на сей раз — с перекинутым через руку костюмом и влажным полотенцем в другой.
— Я бы предложил вам ополоснуться, ваше величество, но боюсь, вода побеспокоит ваши раны. Просто переоденьтесь.
— Я же принц… король Дома Волка, а не поросенка, ты это хочешь сказать, Джаред? — мой Дей неожиданно веселится.
Отчитывающий его за испорченный костюм Советник — картина слишком привычная и домашняя, хотя сейчас Дей принимает все совсем иначе.
— Спасибо, что пришел сам, Джаред, а не прислал слугу.
Да, мой Дей, Советник внимателен, как никогда. Или — как всегда, трудно сказать. Ну и что, что не нравился! Он мне и сейчас не нравится! Но меньше, чем раньше. Что я вообще знаю про Джареда? Мой волк, а кто таскал вас на крышу, показывал звезды, распевал баллады? Кто утешал втихомолку? Не отец же? Королевским волчатам не полагалось ни нянек, ни друзей, ни ласки.
— Не стоит благодарности. Я решил, что лишние глаза и уши вам сегодня ни к чему, король Дей.
Меж тем, могу с уверенностью сказать, что наш прожженный интриган польщен и приятно удивлен.
Да, раньше Дей вовсе бы этого не заметил. Общение с неблагим научило его не только плохому, как полагает пока наш явно выведенный из себя Вороной Советник, но и искусству прислушиваться к собеседнику. Как, помнится, выразился давненько Бранн — ловить мысли за хвост. Мой волк способен правильно связать в широкую сеть гораздо больше вещей, чем до того и чем полагает прямо сейчас Джаред.
Мой волк повзрослел за время своего путешествия. Которое, между прочим, не поддается точному подсчету, ибо Неблагой двор находится под нашим царством, и лента настоящего за время пути раскручивалась дважды. Где тогда Мир теней? Видимо, еще ниже. Или левее?
Сюрко падает прямо на пол, за ним отправляется рубашка, ремень, штаны, сапоги — Дей привык так разоблачаться давным-давно.
А Джаред явно, судя по цепкому взгляду, преследует не одну цель, а несколько. И все исключительно благие! Принеся одежду, он решил лично отследить, в каком состоянии находится Дей, насколько пострадал и о каких ранах стойко молчит. Оказывается, что Дей молчит о ранах, которых нет — и руки Советника расслабляются: ему гораздо, гораздо легче. Что Дей восстановил силу не до конца, Джаред ощущает. Но следы от многочисленных стычек в неблагом краю на крепком волчьем теле почти не заметны — объятия родной земли излечили их.
Мой волк обтирается приятно прохладным полотенцем, затем протягивает искательно ладонь и снова прикусывает губу, осознавая, что не видит свой костюм и не может поручиться, правильно ли тянется. А как все выглядит в пустой комнате и при полностью одетом Советнике, стоит только догадываться.
Да, мой Дей, ты чуешь запахи и суть живых и неживых существ, но вот одежда в их число не входит.
Это неприятно.
Джаред поспешно вкладывает в руку штаны, успокоительно теплые и серые даже на ощупь, да, мой Дей, явно волчья шерсть! Как бы хорошо ни работали неблагие паучки с неблагими феечками, их костюм не сравнится с твоим настоящим облачением.
— Нужна ли… перевязка глазам? — очень тихо спрашивает Советник, боясь причинить муку скорее душевную, чем телесную.
— Нет, Джаред. Бранн сказал, эта тряпка немного лечит и не требует замены. Кроме того, по его же словам, она соответствует цветам моего Дома, что греет.
Советник поспешно заводит разговор на какую-то совершенно отвлеченную тему, вроде необходимости избавиться от метелок омелы, оставшихся от пребывания высших друидов и выскочивших, кажется, по всем стенам. А еще лучше — избавиться от друидов обыкновенного толка, которые ринулись активно блюсти равновесие в город, а теперь почти осаждают Черный замок.
— И когда вас коронуют, ваше величество, вряд ли главы Домов Леса и Неба преминут воспользоваться нашим гостеприимством, а значит, — Джаред доволен, успокоившийся Дей ловко застегивает рубашку, — значит, нам придется пустить всех желающих друидов, у них появится повод блюсти равновесие прямо здесь.
— Надо будет подумать, — мой волк вздыхает, обозревая безрадостные перспективы: чтобы видеть их, глаза не нужны. Так же небрежно вытаскивает из-под воротника густые черные волосы, как наутро визита в Парящую башню, а я вспоминаю отчаянное решение моего волчонка и все, что за ним последовало.
— Насчет самой церемонии… — Джаред углубляется в детали, к которым внимательно прислушивается мой Дей, но не я. Кто будет отвечать первым и что именно, какие вопросы нужно оставить без ответа, повторяет самый главный довод, можно сказать, девиз Советника: «Если нечего говорить, будем говорить правду!» Король должен отвечать в последнюю очередь, когда нечего сказать другим или когда обращаются напрямик к нему.
Меня больше беспокоит не корона на волчьей голове, а направление в ней мыслей. Ума не приложу, как дать ему понять, что Алиенна осталась прежней? Что чувство никуда не делось? Что моя госпожа потухнет без него вернее, чем без цвета папоротника? Ох и отчаянные создания эти волки! Вот нет бы моей госпоже полюбить кого-нибудь менее… менее… менее Дея!
