На гостье было синее платье, словно капсулой обтягивающее фигуру, в тон ему кожаная коротенькая курточка, с засученными до локтя рукавами, и яркий, сразу же бросающийся в глаза, красный клатч. Ногти, конечно же, тоже красного цвета. «Смело, — думал Герман, — очень смело. Марина так ни за что бы не оделась». Но, как это ни странно, Герману пришелся по вкусу стиль Светланы. Он отдавал должное ее изобретательности и умению сочетать такие, на первый взгляд, несочетаемые вещи. Светлана вошла внутрь, и Герман обратил внимание, что туфли у нее спокойного черного цвета. Ножки в них смотрелись элегантно и в то же время очень маняще, от высокой шпильки икра выглядела напряженной, как натянутая струна, рельефной, так и хотелось потрогать, сжать пальцами.
— Вы извините, — начал мямлить Герман, — я совсем не одет, не ждал никого…
— Ничего-ничего, я подожду, вы пока одевайтесь, и поедем в магазин.
Светлана уже по-хозяйски расхаживала по коридору, без тени смущения рассматривала репродукции, висящие на стенах.
— Может, кофе? — неуверенно предложил Герман.
Ему хотелось сбежать и спрятаться, как маленькому мальчику, под одеяло или под кровать. Чувство неловкости почти парализовало его. Она — шикарная, модная женщина здесь, в его доме, а он — в пижаме… Да что там? Будто и вовсе голый перед ней, в чем мать родила.
Светлана бросила на него взгляд, махнула рукой и задорно ответила:
— Да вы не переживайте, я сама сейчас все сделаю — и кофе, и бутерброды… Где у вас кухня? — И, не дожидаясь ответа, уже зашагала по коридору как раз в нужном направлении.
Герман вздохнул. Что ж, деваться некуда, не выставлять же ее на улицу? Он по-быстрому запихал в зубы щетку и одновременно пытался пригладить непослушный ворох отросших волос. Переодевшись, Герман вышел к Светлане в синих, отвисших на коленях джинсах и трикотажном джемпере, рукава которого были оттянуты благодаря неизбывной привычке. Они свисали с плеч бесформенной тряпкой и мешком болтались вокруг запястья.
Светлана оценивающе посмотрела на Германа, хмыкнула и кивнула, соглашаясь с какой-то своей мыслью.
— Да, Герман Петрович, нам действительно просто необходимо в магазин. Нужно заняться вплотную вашим имиджем.
— З-зачем? — не понял Герман. Он недоумевающе окинул взглядом свой «прикид», стряхнул рукой небольшие соринки с джинсов и снова поднял глаза на гостью.
— А затем, что у нас с вами впереди очень много деловых встреч с самыми представительными людьми, и нужно выглядеть на все сто! — отчеканила Светлана.
Аргумент, конечно, убедительный. Но Герман пока не соглашался на совместную работу и хотел тут же возразить. Но гостья строго глянула на мужчину и пресекла на корню всяческие попытки сопротивления.
— О делах потом! Давайте пить кофе — и на шопинг.
У Германа всегда притуплялось внимание в больших торговых центрах. От скопления народа он быстро уставал и уже не мог сосредоточиться. Все походы становились автоматическими. Подобно теленку на поводке, ходил он за Светланой, не вдумываясь и не всматриваясь в калейдоскоп разноперого товара. Ему всегда было проще зайти в один обычный магазин, выбрать то, что подходит, — и не важно, есть где-то лучше, дешевле, дороже, красивее или нет. Подошло, и хорошо. В одежде он всегда был непритязательным и не придавал своему внешнему виду большого значения. «Может, и зря?» — думал Герман, наблюдая, как с особой тщательностью Светлана перебирает галстуки и отвергает сорочки, потому что слегка не тот оттенок.
— Нет, здесь ничего подходящего нет, — заключила спутница, выходя из очередного бутика, — хоть и прославленная «Планета», но тряпки тут в основном эконом-класса. А нам такое не нужно!
То, что нужно, оказалось в небольшом магазинчике в центре города, где улыбчивый консультант предложил множество вариантов самых пусть и не столь известных, но, безусловно, качественных и весьма дорогих европейских брендов.
— Длина брюк должна быть строго до середины каблука, — твердила Светлана, крутясь вокруг Германа, — и запомните, Герман Петрович, на ремень скупиться нельзя! И его нужно подбирать точно в тон вашей обуви. В идеале, к каждой паре по ремню.
Консультант довольно кивал, соглашаясь со всеми словами. И с не меньшим энтузиазмом тащил в примерочную разнообразные аксессуары — от ремней до зажимов для галстука.
— Светлана, — прошептал Герман, — у меня нет таких денег… Это же… Ужасно дорого, — выдавил он.
— О деньгах даже не беспокойтесь, — парировала Светлана, — считайте, что это аванс в счет успешного завершения проекта!
Герман не стал спорить — при посторонних как-то неудобно. Сглотнув, он послушно натягивал на себя следующий пиджак от какого-то кутюрье, а про себя думал, что вот он — крючок, теперь не сорваться, придется отрабатывать. Уж так он был воспитан — дорогие подарки принимать не умел и считал верхом неприличия пользоваться чужой добротой. А чтобы посторонняя женщина на него тратилась — такого вообще раньше с ним не случалось.
— Ну что, оформляем? — наконец-то спросил консультант с видом нескрываемого удовольствия.
