— Ну да. — Касандра решает проявить дружелюбие, чтобы Усатый дедушка не разозлился. — Калеб влюблен в Тунис.
— Правда?
— Ага.
— А в каких отношениях твой отец с дядей и тетей? Они много разговаривают? Ходят друг к другу в гости?
— Ну… думаю, да.
— Конечно, они же семья, понятное дело. А они, случайно, не говорят обо мне, Касандрита?
Касандра ощущает, как табачный дым, выдыхаемый Усатым дедушкой, заполняет ей мозг. Он густой. Этот дым похож на туман.
— Возможно. Не знаю. Может, и говорят.
— Ну же, не стесняйся. Ты же наверняка что-то слышала. У стен есть уши. Ты не знала, что уши в стенах потом мне все рассказывают? — На секунду лицо Усатого дедушки озаряет прежняя улыбка, почти нежная, но без лишней фамильярности. — Твой отец — важный человек. Ты им гордишься?
— Думаю, да.
— Уверен, что да, Касандрита. Что твой папа говорит обо мне? Что он рассказывает об Усатом дедушке?
— Что ты высокий.
— Но не только это. Наверняка он говорит что-то еще. Видишь ли, ты умная девушка… умная девочка. А умные девочки умеют слышать больше, чем им говорят. Ты же знаешь, что нехорошо скрывать что-то от Усатого дедушки, правда?
Да, Касандра это знала: Дедушка моментально превратится в Генерала.
— Он боится тебя, — наконец шепчет Касандра и затем добавляет, уточняя собственные слова: — Тебя.
— Теперь понятно, от кого ты унаследовала ум, Касандрита. Правильно делает твой папа, что боится Усатого дедушки. А теперь скажи мне: что говорят дядя и тетя? Что они говорят, когда встречаются с твоим папой?
— Не знаю. Они разговаривают наедине. На крыльце. Снаружи. Или еще где-нибудь.
— Где именно?
— Не знаю. Где-то там.
— Усатый дедушка был бы счастлив услышать от своей Касандриты правду.
Клуб дыма. Прямо в лицо Касандре. Кашель.
— Я всегда знал: заика никогда не ошибается в словах. — Улыбающееся лицо Усатого дедушки похоже на маску. — Ты так не думаешь? Медленная речь… повтор слога за слогом… это дает время подумать. Я всегда был уверен, что заикам нельзя доверять.
Клуб дыма. Кашель.
— Ты уже слишком взрослая, чтобы играть в куклы, Касандра. Да уж, как бежит время. В следующий раз выберу что-нибудь получше. Платье. Об этом же мечтают современные девушки. Платье в цветочек.
Клуб дыма.
— Тунис и Торонто — какие неприятные имена! Хотя, если подумать, имя Касандра тоже довольно редкое. И Калеб, и Калия. Давая ребенку имя, ты закладываешь его характер. Мы то, что обозначают наши имена, Касандрита. Ты знаешь, что такое идеологическая проблема? Эта проблема заключается не только в противоречии с моралью одного человека, она идет вразрез с моралью родины. К примеру, имя Касандра может указывать на некоторое идейное расхождение, тебе так не кажется? — Усатый дедушка раздавил конец сигары о деревянный стул.
Касандра молча кивнула. Она не знала, что сказать.
— Ладно. А теперь расскажи мне о твоем отце. Не бойся. Расскажи Усатому дедушке. И если будешь хорошо себя вести, я подарю тебе платье в цветочек, красивое платьице, как у взрослой девушки, окей?
Человек кричит, и его крик пролетает между ног слона, раскачивающегося на странице. Плывет по течению, имитирующему волоски хобота. Калия слушает звон медалей, этот незначительный звук, не замечаемый никем, кроме нее. Есть еще много таких звуков. Например, странное журчание крови в аорте. Легко услышать журчание крови в аорте человека с медалями, не говоря уж о ржавом поскрипывании на внутренней стороне бедер девушки в цветастом платье. И почему никто не слышит звук ногтя, скребущего по коже, задается вопросом Калия, звук экземы, который разносится там, снаружи, вдалеке от дома, щелканье и судороги мира. Калия прижимает карандаш к белому листу, чтобы услышать хруст, и вдруг встречается глазами с женщиной.
— Калия, посмотри на меня.
Калия не слушает. Сейчас ее больше занимает цвет и звук крыла, которое начало появляться у слона между ногами.
— Я сказала, посмотри на меня. Давай поговорим.
Поднять глаза не сложно. Проще и быть не может. Нужно поправить линию, изгиб крыла возле ног слона, который на глазах принимает вид кокона. В воображении художницы анатомически совершенное животное способно превратиться в летающий зародыш.
— Это же ты, я права? — спрашивает женщина на каблуках, которую Калия знает под особым именем из двух повторяющихся слогов: ма-ма.
Какая разница, чего она хочет? Нога и крыло.
Нога, превращающаяся в крыло.
Бабочка как оболочка, в которой спит слон.
Слон как протобабочка.
