– Тихо, пожалуйста, тихо, – произнёсли на немецком языке без акцента. – Не трепыхайся так. Успокойся, я ничего тебе не сделаю. Всё хорошо. Слышишь меня?
Оксана обмякла. Она не понимала, что происходит, было ясно лишь одно – это не тот самый фриц. Немец, конечно, но другой. А если они заодно?! Вдвоём охотятся?
– Медленно поверни голову, – велел голос. – И не дёргайся. Нам поймать его нужно.
Послушно обернувшись, Оксана увидела двух человек. Первый, блондин в чёрной форме, держал её обеими руками, второй – совсем старый (лет сорока пяти), в затасканном мундире войск СС. Блондин склонился к её уху и прошептал:
– Как тебя зовут? Ты откуда?
– Оксана, – еле слышно прохрипела девушка. – Из Курска, «остарбайтерин».
Через мгновение в её уши сладким мёдом влились слова, сказанные на РУССКОМ:
– Девчонка, родная, он тебя не убьёт. Но прошу – помоги нам, иначе не справимся.
Кристиан Фейербах со вкусом подготовился к последнему гону. Защищавший от дождя маскировочный плащ, непромокаемые сапоги и тридцать патронов к снайперской винтовке (чтобы уж наверняка). Охотился без маски – надоело, оставил на квартире у Мэддока, всё равно его настоящее лицо никто не знает. Территория травли сегодня небольшая, и бег за дичью долго не продлится. Он уже загнал её почти к линии фронта. Как хорошо заранее знать историю. Сегодня ночью командующий гарнизоном Берлина, глава Генштаба сухопутных войск рейха генерал Ганс Кребс приехал в ставку русских с белым флагом и от имени нового рейхсканцлера Геббельса (Гитлер уже почти сутки как мёртв) попросил о перемирии. Русские ответили: прекращения огня не будет, только безоговорочная капитуляция. Однако 1 мая с 6 утра до 10.15 настанет короткая передышка – советская сторона ждёт ответа Геббельса, после чего возобновляет бомбардировку Берлина. Затем начнётся хаос и распад фронта – на отдельных участках вермахт пойдёт сдаваться целыми дивизиями, а бригаденфюрер СС Монке вместе со своей боевой группой в две тысячи эсэсовцев попытается вырваться из окружения. У Кристиана для охоты есть целых четыре с лишним часа. Он завершает подборку и возвращается с последней головой в Цюрих 25 сентября 2018 года. Правда, сперва нужно будет выкурить эту парочку с виллы и забрать коллекцию (он переживает, конечно, за её сохранность, но вряд ли захватчики уничтожили головы). Сидя на квартире у Мэддока (особь была прикована наручниками и запугана до нужной степени), он спокойно и тщательно, без суеты обдумал доступные варианты. В тайнике Брайана остались две маски, британская и американская военная форма, гражданская одежда, сшитая из английской ткани. После капитуляции Берлина он вполне может выдать себя за представителя военной полиции или журналиста. Да и маски вряд ли пригодятся – преследователи ведь не знают его реальную внешность, а это огромный плюс: по окончании боёв он приедет на виллу… и разберётся с ситуацией на месте. Знай он русский язык на уровне английского, всё бы значительно упростилось… но куда там. А может, лучше ещё подождать. В июле Тиргартен вообще перейдёт в британский сектор Берлина, и это снимет массу проблем. В английском мундире и с английским языком, с качественными документами, Кристиан выйдет сухим из воды. Он зря волнуется. 2 мая немец отправится в плен, а русского наверняка арестуют, парень, следует думать, самовольно оставил позицию на фронте. Кристиан без шума зайдёт, заберёт коллекцию, спустится в тайную комнату…
Хотя нет, вовсе не зря.
Он до сих пор невредим именно потому, что излишне предусмотрителен. Осторожность никогда не бывает ненужной. Он обыграет этих животных, как и всех предыдущих. О боже, грозный следователь разыскивает убийцу, какой кошмар, дрожу от ужаса. В Кливленде его поимкой занималась спецбригада ФБР. Куда круче, профессиональнее, лучше обученная. С криминалистами и докторами. И он играючи ускользнул от них.
…Кристиан движется вперёд среди деревьев, целясь из «снайперки», аккуратно пригибается. Дичь не должна заметить охотника. Очень жаль, но придётся сначала обездвижить её, ранив в ногу, а потом уже перерезать горло. Не слишком-то честно, Фейербах это признаёт… Но сделайте, пожалуйста, скидку на обстоятельства. Совсем рядом проходит линия фронта, и дичь может наскочить на солдат той или другой армии. Скорее всего, не разобравшись, её пристрелят, а это досадно – как тогда забрать голову? Правильно он сделал, решив присматриваться к особям и сортировать их задолго до охоты. Хватать что-то с бухты-барахты – не лучший вариант. Вон, ни одна голова из Флоренции не подошла – правда, он не особенно старался. Иногда охотник наслаждается первобытным чувством убийства, а на трофеи ему в принципе плевать.
– Помогите-е-е! Умоляю! Помогите-е-е!
