Тише полностью

– …и о том, что с нами случилось. Мы так стремительно вступили в отношения.

– Это ты вступил в них стремительно. И так же стремительно из них выскочил.

– По-моему, я знаю, почему у нас тогда ничего не вышло.

Вот оно, подумала я.

– И почему же, Уилл? – Я подцепила шпажкой кружочек чоризо[30].

– Я испугался.

– Испугался?

– Моя мама умерла, когда я был подростком.

– Ты говорил.

– Думаю, с тех пор я стал избегать серьезных отношений. Боялся, что это повторится.

– То есть ты боялся, что я умру?

– Да. Подсознательно.

– Звучит как неудачная попытка рационализации, – сказала я. – Ты как будто цитируешь психотерапевта.

Он густо покраснел.

– Даже если и так, – продолжила я, – тебе удалось это преодолеть. Насколько мне известно, ты женился меньше чем через три года после нашего расставания.

– У нас не сложилось. Я был эмоционально недоступен.

– Уилл… – Я вскинула голову. – Возможно, это прозвучит не очень-то сочувственно, но у всех свои тараканы. У меня – мои, у тебя – твои, у парня за барной стойкой – его.

Бармен, занятый приготовлением сангрии, поднял глаза, и я понизила голос:

– Однако только от тебя зависит, что с этим делать.

Он взболтал остатки вина на дне бокала.

– Нью-Йорк тебя испортил. Раньше ты не была такой черствой.

Мне стоило уйти уже тогда. Но я позволила ему заново наполнить мой бокал и повторно изложить свою версию событий, а затем придвинуться ближе и заправить мне волосы за ухо. Возможно, он принял молчание за приглашение. Губы коснулись губ – раз, другой. И слились.

В следующее мгновение мы уже стояли на улице. Мимо с шумом пронесся автобус. Уилл поймал черный кеб[31]; погасив желтый глаз, такси покатило в северном направлении – куда именно, я не знаю. Не спрашивала. Возможно, мы ехали до самого Манчестера, где он жил, когда мы встречались.

Через некоторое время – ключ в замке, скрипучая лестница, сброшенные на пол пальто. Знакомые картины на стенах. Сушилка для белья, сплошь увешанная черными носками, белыми футболками и серыми штанами. Кофейный столик, заваленный старыми газетами.

Потом мы долго лежали молча, пока он не сказал:

– Это было потрясающе. Как и все предыдущие разы.

И я улыбнулась, не открывая глаз. Потому что раньше это вовсе не было так уж потрясающе. Возможно, теперь он чувствовал себя более уверенно, несмотря на дрябловатую местами кожу. Или я смогла наконец полностью расслабиться. Когда твердо знаешь, что этот раз – последний, напрягаться не имеет смысла.

– Останешься? – спросил он.

Будильник зазвенел ровно в шесть утра, сразу после того, как я закрыла за собой дверь.

Впоследствии мне чаще вспоминался не секс, а тот момент, когда Уилл постучал меня по плечу. Я думала о глухом, равнодушном звуке, который раздался бы, постучи я в ответ.

Дела в клубе шли прекрасно. Прибыль исправно росла, но Лекс не собирался останавливаться на достигнутом; каждую планерку он теперь заканчивал мотивирующим возгласом «Масштабирование!». К моему изумлению, команда всякий раз повторяла за ним эту мантру. Меня повысили до «начальника штаба», – хотя я не совсем понимала, что это значит, – а наш юрист помогал мне с бумагами на получение грин-карты.

В ту пятницу Лекс повел меня в свой любимый рыбный ресторан в Сохо, чтобы отпраздновать мое повышение. «Всего лишь деловой ужин. Не раскатывай губу!» – твердила я себе. Это не особо помогало: ведь он мог запросто выбрать завтрак или обед! К тому же ресторан находился в его районе, буквально в паре шагов от дома.

Столик был заказан на девять часов, и я опоздала всего на десять минут, не нарушив правил приличия. Лекс, помешивая трубочкой коктейль, уже ожидал меня в бежевой кожаной кабинке, напоминающей интерьер роскошной яхты.

– Привет! – сказал он при виде меня.

– Прости за опоздание, – ответила я, внезапно разволновавшись.

Я подошла ближе, чтобы по-дружески чмокнуть его в щеку, а он – чтобы меня приобнять; в итоге мы лишь неловко соприкоснулись скулами. Лекс был со мной одного роста; я пожалела, что не надела другие туфли.

– Ты часто сюда заходишь? – задала я наитупейший вопрос, садясь за стол.

– Частенько, – кивнул он. – Я ведь живу в двух кварталах. Да и еда здесь отменная. А ты?

– Была пару раз. Сидела вон там.

Я улыбнулась и показала на тесный пятачок возле туалета. Потом заметила нескольких приятельниц. Одна из них помахала мне рукой и многозначительно приподняла бровь, увидев, с кем я пришла.

– Похоже, они меня знают, так что… выпьем?

– Конечно! Водку с тоником, пожалуйста.

Сделав заказ, он спросил меня:

– Как прошел день?

– Получили сегодня кучу заявок из Сан-Франциско.

– Кстати, я собираюсь туда на следующей неделе – можем поехать вместе.

– Было бы здорово… для развития клуба, конечно, – сказала я.

Нам принесли напитки.

– За тебя, Стиви! Поздравляю с новой должностью. По сути, ты и так уже выполняла эти функции, но мне хотелось, чтобы все было официально.

– Спасибо, Лекс! Я очень тебе благодарна! Кстати, за повышение зарплаты тоже.

– Тебе спасибо. За усердную работу. За справедливую критику.