Я нахожу повсюду оставленные мамой сувениры. В сумке – аккуратно сложенный вдвое счет за обед в пиццерии, оплатить который она непременно хотела сама. На комоде – мамину вязаную шапку, пропахшую ее духами: я жадно вдыхаю призрачный аромат, пока он не выветривается окончательно. Под диваном – скомканную бумажную салфетку; должно быть, мама обронила ее, когда играла с Эшем. Я помню, как она сидела рядом с ним на ковре – хотя была уже очень слаба и наверняка мучилась от боли.
Я прячу салфетку в карман, присаживаюсь на корточки возле Эша и начинаю крутить деревянные цветочки на его креслице, все быстрее, быстрее и быстрее, пока они не сливаются в гудящем желто-зеленом вихре. Не сводя с меня глаз, Эш наклоняется вперед и шлепает по ним одной рукой, затем другой, и расплывается в беззубой улыбке.
У совместного ночного сна обнаруживается неожиданный побочный эффект: дневной сон Эша тоже улучшается. Я думала, что, высыпаясь по ночам, он станет меньше спать днем; нет, вопреки моим опасениям он крепко засыпает на два часа каждое утро и на столько же – после обеда. У меня высвобождается время – время, которое нужно чем-то заполнять. Иначе, боюсь, мамин образ, неизменно маячащий на периферии сознания, вместо теплых воспоминаний будет вызывать у меня жгучее чувство вины.
Я сажусь писать сообщение Лексу. Надо договориться об очередной «встрече с командой», которую я собиралась запланировать еще несколько месяцев назад, но недели шли за неделями, а она все никак не могла состояться. Потому что
Я пишу, что хотела бы заехать как-нибудь после обеда, встретиться с некоторыми руководителями отделов и провести видеоконференцию один на один с ним самим. Нажимаю «отправить» и зависаю над ноутбуком. Ответ приходит через считаные секунды; дрожащими руками открываю письмо и нахожу там лишь сухое и лаконичное «+Майк». Очевидно, фамилия Майка – моего заместителя на время декретного отпуска – теперь стоит рядом с моей на самом верху списка руководящих лиц. Тут же от него прилетает сообщение.
Привет, Стиви! Надеюсь, у вас с малышом все прекрасно! Лекс сейчас дико занят, но я могу с тобой встретиться… Как насчет следующей недели?
Я ничего не отвечаю – зачем терять время? Вместо этого пишу Джесс. Привет! Просто хотела узнать, как ты там?
Мне очень ее не хватает. Самые яркие мгновения той жуткой недели перед маминой смертью мы с Эшем провели с Джесс. Кажется, он ее совершенно очаровал.
– Вы так здорово смотритесь вместе! – сказала она, делая фото (Эш лежал у меня на коленях). И смущенно добавила: – Извини, неудачно выразилась. Звучит немного странно.
Я поняла, что она имела в виду. В прошлый раз мы выглядели по-другому. Как чужие люди, случайно оказавшиеся вместе. Сейчас все гораздо лучше.
Как хорошо, что ты написала, малышка! – ответила Джесс. – Прилетаю в следующем месяце, только что забронировала билет. Помогу вам с Ребеккой уладить все дела. Ужасно соскучилась!
На последних майских выходных перед Днем поминовения, спустя два месяца после того, как я нашла донора, Нейтан вновь поднял детскую тему. К тому времени наши поездки на побережье стали традицией и обросли ритуалами. Дженна была все такой же одинокой и все так же бесила меня порой, – впрочем, ее тоже наверняка раздражали наши с Нейтаном шуточки, понятные лишь нам двоим, и моя неспособность правильно загрузить посудомойку. Зато теперь у нас с Дженной появилось нечто общее: мы обе мечтали о ребенке, и я могла поделиться с ней своими мыслями, обсудить дальнейшие планы.
– Стиви, ты – первопроходец, – не раз говорила она. – А я пойду по твоим стопам.
В тот уик-энд Дженна с нами не поехала, получив более заманчивое предложение: провести неделю на Карибах с новым воздыхателем. В воскресенье утром, когда мы с Нейтаном пили по второй чашке кофе, он вдруг ни с того ни с сего произнес:
– Младенцы…
– При чем тут младенцы?
– Правда, они ужасно милые?
– Не все. Но в общем да. А что?
– Твой путь к ребенку…
– Который еще даже толком не начался.
– Да ладно тебе! Я же понимаю, что пока это лишь идея, маленькое зернышко, которое, возможно, будет прорастать годами.
– Прости, Нейтан. Тебя, наверное, уже утомили разговоры о детях.
– Глупости! Меня все полностью устраивает.
