Пока я скакал вдоль рва и осматривал стены, настроение мое успело еще больше ухудшиться. Стены изобилуют обширнейшими провалами, некоторые из которых начинаются едва ли выше человеческого роста, и все они, сверху до низу, поросли травой, кустарниками и даже небольшими деревцами – возможно, милыми и романтическими, однако не оставляющими сомнений касательно давности последнего ремонта крепости. Я, однако, с удовольствием рассматривал эту декорацию к рыцарскому роману, любовался бы ею и дальше, если бы меня не отвлекла от этого занятия пуля, взрывшая землю в пол-аршине от меня. Алим встал на дыбы, но по счастью, недалеко уже были ворота, однако и они не вполне избавили нас от опасности, ибо проклятые литвины совсем не торопились нас туда пускать, а вместо этого издевательски долго расспрашивали своих уворачивающихся от пуль гостей о том кто они, да откуда. Уверен, что в этом лишь отчасти повинно их почти полное незнание польского языка, но гораздо больше – бессмысленное и злобное упрямство, густо замешанное на ненависти к полякам и ко всему польскому. Не пришли к ним меня Корона, братец, и даю десять против одного, что князь Черкасский вошел бы в крепость без единого выстрела. Так какую же досаду, можно представить, должно было вызвать у них мое появление. Сложно сказать, проснулись ли у "защитников" христианские чувства, или просто они не были еще тогда уверены в окончательном торжестве московита, но двери крепости, наконец, открылись, и мы въехали в них, покаюсь тебе, не без трусливой поспешности. Решетка опустилась и, как в том же старом рыцарском романе, одновременно с этим из соседнего леска показались ертаульные сотни, осыпавшие нас еще не одной дюжиной пуль и стрел. По ним дали пару залпов из пушек, и москаль, безусловно, не собиравшийся брать крепость сходу, скрылся в лесу. Ты знаешь, что я бываю не в меру вспыльчив, и тут враг рода человеческого вновь предоставил мне возможность сполна проявить этот свой недостаток. Комендант крепости (я хочу сказать, бывший комендант) принялся с такой тщательностью рассматривать мои грамоты, словно я нисколько не был похож на старинного шляхтича, а в руках моих были не правительственные бумаги, а купленные на базаре непристойные стишки. Выждав минуту, я выхватил грамоты из рук наглеца и как следует отхлестал его ими по толстой и красной роже – Милосердный Бог мне судья! Товарищи мои тут же наставили на его жалкую свиту мушкеты, и рокош был подавлен в самом его зародыше. Когда же недоумение, с помощью пощечин и мушкетов, разрешилось, и я принес бывшему коменданту необходимые извинения, отношения наши наладились самым лучшим образом, и я имел возможность познакомиться как с состоянием крепости и орудий, так и с гарнизоном.
Как ты помнишь, я с самого начала не был воодушевлен видом местечка, однако ее внутреннее состояние повергло меня в окончательный упадок духа. Конечно, Смоленская война была успешной для польского оружия, да и помимо того эти места не видели московской сабли уже целый век. Но ведь это не повод превращать важные для обороны страны крепости в живописные римские развалины! Кроме уже упомянутых дыр в стене… Впрочем нет, правильнее будет это назвать отсутствием целых частей стены, так кое-где ее и коза перескочит. Так вот, для обороны этих грозных стен мы располагаем… Братец, присядь: целыми пятнадцатью пушками. Признаюсь, их состояние я не проверял, и не по лени или недостатку времени, а по опасению за свое душевное здоровье: если выяснится, что и они не стреляют, то мне останется только бежать из крепости, переодевшись крестьянкой. И то меньше позору, чем обещает ее оборона.
