Рейтары и стрельцы осторожно, укрываясь в оврагах и рощах, окружили деревню, и, по команде, дали по ней залп, после чего начали медленно, под музыку флейт и барабанов, надвигаться, сжимая кольцо. Запорожцы, как выяснилось, отнюдь не были напуганы и, подпустив противников поближе, дали по ним ответный залп. Настоящего гуляй-города, к счастью для московитов, казаки выстроить не успели или поленились, однако главные направления возможного наступления на деревню были в высшей степени грамотно перегорожены возами, или просто завалами всякого деревянного мусора, и именно из-за этих защитных сооружений запорожцы палили теперь по стрельцам и рейтарам. Артемонов покачал головой, и снова подивился предусмотрительности стольника Ордина, который настоял, чтобы отряд взял с собой пару-другую небольших пушек. Сделав вид, что собирается отступать, Матвей выслал вперед пушкарей, которые вскоре дали по обрадованным и расшумевшимся казакам залп картечью. Залп этот не столько причинил большой урон товариществу, сколько ошеломил его, и стало хорошо видно, как казаки отбегают от своих укреплений вглубь деревни. Линии рейтар и стрельцов приблизились к деревне, взяв ее окончательно в кольцо, и принялись, для острастки, палить по избам. Чтобы окончательно истребить в казаках мысль о сопротивлении, Матвей велел дать еще один залп из пушек. После этого между домами появилось несколько запорожцев, размахивающих белым флагом и громко свистевших. Артемонов покачал головой и зло сплюнул: то здесь, то там по полю лежали дюжины трупов, среди которых Матвей заметил и нескольких лучших рейтар своего полка, рядом с которыми мирно паслись оставленные ими лошади, а позади стонали и ругались еще пара дюжин раненных. Прогулка с целью разогнать шайку разбойников, а себе самим разогнать кровь, превращалась, таким образом, в полновесное сражение между частями одной и той же армии, жестокое по своей глупости и бессмысленности, и полезное только врагу. Собрав ротмистров, Артемонов сказал им, что сам пойдет поговорить с казаками, и велел подчиненным не терять бдительности и быть готовыми к любому развитию событий.
– Матвей Сергеевич, ты бы поосторожнее, лучше сам не ходи, а вышли кого-нибудь! – качал головой крутившийся рядом Котов.
– Будет! Не с неприятельским войском встретились. Не довелось мне, царскому слуге и дворянину, этого ворья бояться!
– Дозволь хотя бы мне с тобой пойти?
– Ну пойдем. Вдруг чего полезного, как всегда, вспомнишь.
***
