— А фамилию перемени на Мажор. Может, так ты избавишься от своего фатализма.
— Ага.
— Проверни все это через суд и пришли мне бумаги.
Они достигли основания громадной бетонной опоры моста. К ней недавно приварили металлическую лесенку.
— Свой паспорт найдешь на вершине Южной башни. Это небольшой гейский флаг — вроде того, что у посольства. Взбирайся по лесенке, потом по тросу, возьми флаг и возвращайся. Я здесь подожду.
Крис’фер посмотрел на лесенку, затем на землю. Потом вытер вспотевшие ладони о штаны.
— А можно узнать, зачем? В смысле, если надо, то я готов, но что это значит? Прямо игра какая-то.
— Да, Крис, это именно игра. Это просто случайность; никакого смысла в ней нет. Если ты не сможешь взобраться по этой паршивой лесенке, тебя и на Гею посылать не стоит. Давай-давай, топай, парнишка. — Титанида улыбалась, а Крис подумал, что, несмотря на ее притворную симпатию к людям, чертовой твари будет весело, если он навернется. Тогда он поставил ногу на первую ступеньку, потянулся ко второй — и вдруг почувствовал у себя на плече руку титаниды.
— Когда доберешься до Геи, — сказала Валторна, — не жди там слишком многого. Отныне и впредь ты будешь находиться во власти могучей и очень капризной силы.
Ковен был основан в конце двадцатого столетия, хотя первоначально носил иное название. И было в нем больше политики, чем религии. Большинство отчетов о ранних временах секты утверждают, что первые ее члены особенно серьезно к своим занятиям не относились. Очень немногие действительно веровали в Великую Матерь или в магические силы. Колдовство было поначалу всего лишь тем связующим элементом, что держал сообщество воедино.
Но время шло, дилетанты все больше пресыщались, более умеренные и мягкосердечные отходили в сторону — а оставшееся ядро стало воспринимать ритуалы на полном серьезе. Тогда пошли слухи о человеческих жертвоприношениях. Поговаривали, что ведьмы с холма топят человеческих младенцев мужского пола. А в результате секта только теснее сплотилась против окружающего враждебного мира. Несколько раз им приходилось переезжать, пока они не оказались в отдаленном уголке Австралии. Там Ковен наверняка почил бы с миром, ибо все члены секты поклялись не рожать до тех пор, пока на Земле искусственное размножение не станет реальностью. Но тут прибыл Визжач — и все изменил.
Визжач был астероидом — миллионы тонн железа, никеля, льда плюс вкрапления, что бежали подобно прожилкам у «кошачьего глаза». В одно прекрасное майское утро Визжач сделался шипящей световой линией на южном небе. Лед быстро испарился, зато железо, никель и прочее врезалось прямо в пустошь на самом краю владений Ковена. Одним из вкраплений оказалось золото. Другим — уран.
Хорошо еще, что Визжач угораздило рухнуть у самого края, ибо и на таком расстоянии ударная волна прикончила шестьдесят процентов верных адептов.
Новости о составе астероида разнеслись стремительно. За одну ночь Ковен из самой что ни на есть заурядной вымирающей секты превратился в религию, способную сравниться богатствами с католиками, мормонами и сайентологами. Это также привлекло к группе нежелательное внимание. Не только австралийская пустошь стала казаться неподходящим местом для поиска пристанища, достаточно удаленного от общества, — даже в пустыне им теперь не было бы спокойно.
К тому времени шел уже 2030-й год, и случилось так, что теперь у секты оказалось идеальное место для желанного прибежища.
Известно, что когда два тела вращаются вокруг общего ядра, как, к примеру, система Луна — Земля, то создаются пять точек гравитационной стабильности. Две из них располагаются на орбите меньшего тела, но в шестидесяти градусах друг от друга. Одна находится между двумя телами; еще одна — на дальней стороне меньшего тела. Именуются они точками Ла-Гранжа и нумеруются от Л1 до Л5.
Л4 и Л5 уже содержали колонии, а другие только застраивались. Лучшим выбором представлялась Л2. Оттуда Земля была полностью скрыта Луной.
Там и построили Ковен. Представлял он собой цилиндр семи километров в длину и два километра в радиусе. Искусственная гравитация обеспечивалась вращением; ночь — простым закрытием окон.
Но дни изоляции к тому времени как раз закончились. Ковен стал одной из первых негосударственных групп, массовым порядком перебравшихся в космос. Первой — но не последней. Вскоре технология космической колонизации была улучшена, удешевлена и превратилась в обыденность. Строительные компании принялись выпускать такие колонии пошустрее, чем Генри Форд свою «модель-Т». По размерам колонии варьировались от умеренно гигантских до настоящих Бробдингнегов.
