Тогда она выбрала большое витиеватое здание размером с товарный склад на Трясине Уныния. Здание это называл «Петлей» его жилец, мужчина по фамилии Малецкий, уроженец Чикаго. Сирокко кое-что разузнала о Малецком. Оказалось, это один из четырех-пяти наиболее влиятельных лидеров бандитских группировок в Беллинзоне. Все это плохо пахло, но Сирокко решила, что именно с расчищения сточной канавы и следует начинать. Она готова была пойти против именно настоящего, живого гангстера из Чикаго.
Когда Сирокко и пять затянутых в черное титанид вошли в здание, почти все его обитатели толпились в другом конце помещения, выглядывая в окна и пристально рассматривая небо. Совпадением это, конечно, не было. Стоя в центре большого зала при неверном свете факелов, Сирокко ждала, когда же ее заметят.
Много времени не потребовалось. Удивление сменилось испугом. Никому даже в голову не приходило, что можно вот так запросто войти в «Петлю». Снаружи находилась солидная охрана. Малецкий еще этого не знал, но все его охранники уже были мертвы.
А те, что оказались внутри, обнажили мечи и начали растекаться вдоль стен. Некоторые прихватили и факелы. Плотная группа из девяти гангстеров создала вокруг Малецкого живой щит. Потом все на какое-то время застыли.
— Слыхал про тебя, — наконец процедил Малецкий. — Не ты ли Сирокко Джонс?
— Мэр Джонс, — поправила Сирокко.
— Мэр Джонс, — повторил Малецкий и выдвинулся чуть вперед. Взгляд его быстро обнаружил пистолет за поясом у Сирокко, но оружие его, казалось, не обеспокоило. — Вот так новость. Не так давно кое у кого из твоих людей была разборка с моими парнями. Речь об этом?
— Нет. Я беру это здание. И объявляю десятичасовую амнистию. Вам из этих десяти часов потребуется каждая минута, так что лучше уходите немедленно. Остальные тоже могут идти на все четыре стороны. Даю пять минут на сборы.
На какой-то миг все, казалось, онемели от изумления. Малецкий помрачнел, затем рассмеялся:
— Лажа. Это здание — частная собственность.
На сей раз рассмеялась Сирокко.
— Кретин! Вспомни, на какой планете живешь. Менестрель, стрельни парню в коленку.
Пистолет в руке Менестреля словно материализовался из воздуха, не успела Сирокко сказать «стрельни». Когда же она говорила про «коленку», пуля уже выходила у Малецкого из ноги.
Пока Малецкий падал, в «Петле» успел воцариться хаос. Никто из выживших гангстеров не мог потом припомнить последовательность событий. Ясно было только, что многие рванулись вперед, и точно посередине их лбов появились аккуратные дырки. Они упали и больше не двигались. Остальные, человек двадцать, стояли очень-очень смирно, если не считать Малецкого, который выл, бился и приказывал своим людям прикончить вонючих скотов. Но у всех титанид в каждой руке было по пистолету, и большинство гангстеров, не отрываясь, смотрели прямо в широкие стволы. В конце концов Малецкий прекратил ругаться и просто лежал, тяжело дыша.
— Ладно, — сумел он наконец прохрипеть. — Ладно, твоя взяла. Мы свалим. — И Малецкий с трудом перекатился на живот.
Пожалуй, следовало отдать ему должное. В рукаве у него был припрятан нож. Пока он перекатывался, рука гангстера взметнулась с резкостью и точностью, достигнутой долгой практикой. Нож сверкнул в воздухе… а Сирокко лишь взмахнула рукой и поймала его. Фея держала нож сантиметрах в пятнадцати от горла, куда он должен был войти. Малецкий тупо смотрел, как Сирокко перехватывает его оружие. Потом нож снова сверкнул в воздухе, и гангстер завопил, когда лезвие вошло точно в то кровавое месиво, которое еще недавно было его коленом. Мужчина слева от Малецкого осел на пол в глубоком обмороке.
— Рокки, — проговорила Сирокко, — наложи ему жгут на бедро. Потом вышвырни этого супермена на хрен. Вы, господа, бросайте оружие, где стоите, и медленно отходите в сторонку. Я сказала — все оружие. Потом раздевайтесь. Штаны несите к двери и отдавайте Валье — вон той желтой титаниде. У кого в штанах будет оружие, тому она сломает шею. У кого все будет чисто, тот наденет штаны и уйдет. Осталось четыре минуты.
На все про все не потребовалось и одной. Бандиты лихорадочно заботились о том, чтобы поскорей уйти, и никто не пытался ловчить.
— Расскажите вашим приятелям про то, что здесь было, — крикнула им Фея, когда начали прибывать ее люди.
В команде Сирокко были и люди, и титаниды. Все титаниды вели себя совершенно спокойно, прекрасно осведомленные о своих задачах. Большинство людей, нанятые лишь несколько часов назад, заметно нервничали. Среди них были и феминистки, и бдительные, и представители других сообществ.
Посреди помещения поставили стол, и, пока расставляли кинопрожекторы, Сирокко заняла там свое место. Она переживала некоторое возбуждение — как от боя, так и от своей проделки с Малецким — и еще от крупного риска. Фея знала, что могла проделать тот фокус с ножом шесть раз из десяти — но этого было далеко недостаточно. Больше на подобный риск она идти не собиралась.
