– Первую, неповторимую, звали Томирис. Вторую, непреклонную, звали Ариэн. Они не первые, кого у меня отняла смерть. До Падения Старого мира у меня была семья: мать, родившая меня в восемнадцатилетнем возрасте, и младший брат десяти лет. На момент Первой Атаки мне было двадцать два года. Я был в Оттаве с матерью и младшим братом, когда Первая Атака упала на канадскую землю. Я оказался Неуязвимым, но мать и брат были Уязвимы… В отличие от многих Уязвимых, они не пережили Первую Атаку. Мне повезло не увидеть этого – вместо их смерти я увидел гибель швейцара на ресепшене нашего дома. Я прибежал в нашу квартиру за минуту до того, как в неё ворвался мой дядя – младший брат матери. Дальше начались игры на выживание. В Оттаве случился локальный переворот, бойня между гражданскими и военным, по сути своей – мясорубка, перемоловшая бóльшую часть города. Я не без помощи опытного дяди чудом выжил: мы смогли в последний момент прорваться через военный блокпост, выставленный вокруг города. Этот блокпост уже спустя час после нашего прорыва взлетел на воздух. Кроме дяди, у меня больше никого не осталось, как и у него никого, кроме меня, не было. Он, как и я, был Неуязвимым. Мы бок о бок прошли половину Канады в условиях Атак. Люди озверели от страха и боли, творили ужасное друг с другом… Однажды на нас напала с ножом сумасшедшая мать двух маленьких детей – она желала отрезать от нас куски для артефактов, которые она мастерила своим детям из костей Неуязвимых. Перед этим мы стали свидетелями массовых убийств военными, а после, впервые столкнулись с каннибализмом. Было ужасно наблюдать за тем, как высокоразвитая цивилизация за считанные месяцы скатилась в состояние сумасшедшего брожения…
Он умолк на секунду, и я решила заметить вслух:
– Ты говорил, что родом не из Канады, что лишь бывал там.
– Не вменяй мне в вину желание предохранить себя в непроверенном обществе.
– Но сейчас ты не предохраняешься.
– Я ведь говорил тебе ранее: я против лжи. И я тебе уже доверяю.
– С чего бы?
– Знаю: ты не желаешь мне зла.
– Хм… Ты знаешь моё имя, но я до сих пор не знаю твоего.
– Меня зовут Рагнар. Но только моё имя – тайна, сказанная лишь тебе…
– В таком случае, я не одобряю то, что ты решил обременить меня тайной, не поинтересовавшись у меня о том, готова ли я хранить её. У меня нет секретов от Тристана. Как и от остальных членов моей семьи.
– Разве вы все родственники?
– Родственников не выбирают, но семью, изволь, можно и выбрать, и отстроить.
– Интересная ты…
– Что было дальше? Ты, твой дядя, ваши блуждания по Диким Просторам Канады.
– Дядю звали Маршалом, он, как я уже сказал, был младшим братом матери, ему было тридцать четыре года. Мы добирались к определённой точке: глухой деревне, в которой жил лучший друг Маршала. Мы понимали, что он Уязвим, так что не знали, что именно застанем в конце пути: этот человек мог оказаться мёртв. Так и произошло, но… Перед его заброшенным домом был ещё один – покрупнее и лучше оборудован, как для выживания в Павшем Мире. Для начала мы решили проверить эту ферму. Так познакомились с ними…
Он вдруг замолчал, как будто с головой нырнув в дымку доступных лишь его взору воспоминаний, и когда молчание затянулось, я решила вмешаться:
– С ними?
