По части «продолжать» у Генриха VIII были определенные проблемы, вызванные его непостоянством. Король недостаточно хорошо продумывал многие свои решения, часто шел на поводу у эмоций и не всегда мог отделить главное от второстепенного. Непостоянство – это первое, что приходит на ум при знакомстве с деталями правления второго короля из династии Тюдоров. Мы ведем речь о короле Генрихе VIII, а не об истории Англии первой половины XVI века, и потому не станем подробно разбирать Реформацию и прочие события того времени, а просто посмотрим, как короля «шатало из одной стороны в другую», подобно маятнику.
В начале правления Генриха, как уже было сказано выше, возвысился королевский духовник Томас Уолси, в 1515 году ставший кардиналом и лордом-канцлером. Генрих полностью доверял Уолси и не очень-то вникал в то, что делал его фаворит, а тот, пользуясь бесконтрольностью, изрядно злоупотреблял своей властью, сколотил огромное состояние и позволял себе вольности, не приличествующие духовной особе. Известно, что Уолси длительное время открыто сожительствовал с некоей Джоан Ларк, которая родила ему сына Томаса и дочь Дороти. Разумеется, порой Уолси случалось вызвать недовольство короля, но положение его казалось прочным… Но Уолси не смог помочь Генриху аннулировать его брак с Екатериной Арагонской или просто не захотел чрезмерно обострять отношения с Римом, и в одночасье лишился всего своего влияния. Правда, на первых порах Генрих оставил за ним должность архиепископа Йоркского, младшего из двух английских архиепископов, но вскоре обвинил в государственной измене и призвал на королевский суд, до которого Уолси не дожил.
Пример Уолси не стал уроком для его секретаря Томаса Кромвеля, который в 1531 году вошел в круг ближайших помощников короля. Убежденный протестант Кромвель стал главным проводником Реформации и одним из создателей англиканской церкви, доктринальную основу которой разрабатывал архиепископ Кентерберийский Томас Кранмер. За твердость, проявленную при секуляризации церковного имущества, Кромвель получил весьма показательное прозвище «Молот монахов» – он и впрямь действовал, как сокрушающий молот. В апреле 1534 года король назначил Кромвеля государственным секретарем и главным министром, в январе 1535 года Кромвель стал генеральным викарием по церковным делам, а в июле 1536 года – лордом – хранителем Малой печати, сменив на этой должности Томаса Болейна, отца казненной королевы Анны. Спустя несколько дней после вручения Кромвелю Малой печати король пожаловал сыну трактирщика и внуку кузнеца баронский титул…
В октябре 1536 года в Йоркшире вспыхнуло народное восстание, вошедшее в историю под названием «Благодатного паломничества». Вскоре восстание, ставшее самым масштабным из восстаний Тюдоровской эпохи, охватило всю Северную Англию. Повстанцы протестовали против разрыва с католической церковью, роспуска монастырей и вообще всей политики Томаса Кромвеля, а примкнувшим к восстанию представителям знати вдобавок не нравилось, что король сделал низкородного Кромвеля бароном. К марту 1537 года восстание было подавлено, и Кромвель сыграл в этом значительную роль, в очередной раз доказав королю свою верность.
Кромвель устроил брак короля с Анной Клевской. О выгодах, которые сулил Генриху этот союз, было сказано в предыдущей главе. Остается добавить, что организация брака была безупречной – Кромвель предоставил королю всю информацию о невесте, которую только можно было получить, разъяснил преимущества и отправил в Клеве придворного живописца Ганса Гольбейна Младшего для написания портретов сестер герцога. Единственным упущением стало заочное принятие королем решения о заключении брачного союза, но тут уж Кромвель не мог ничего сделать – герцог Вильгельм не стал бы отправлять сестер на смотрины к Генриху, а у того не было ни желания, ни возможности ехать в далекое германское герцогство. Тем не менее в том, что Анна ему не понравилась, Генрих обвинил своего верного слугу, и неудачный брак короля стоил Кромвелю головы. 10 июня 1540 года Кромвеля взяли под стражу по обвинению в государственной измене и ереси, а 28 июля он был обезглавлен (причем – не с одного удара). Если положить на одну чашу весов то, что сделал Кромвель для своего короля, а на другую – историю с женитьбой короля на Анне Клевской, то первая чаша, конечно же, перевесит, но у Генриха были свои весы.
