И даже получила ответ. Краткое содержание ответа: всё, что вас интересует, прописано в документах для служебного пользования, и мы вам не скажем поэтому, что там. И вот тут – нюанс, потому что внутренние инструкции конвойной службы не могут противоречить федеральным законам. Ст. 15 п. 3 Конституции РФ утверждает, что «Законы подлежат официальному опубликованию. Неопубликованные законы не применяются. Любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения». Так что, работы по этому направлению ещё предстоит много.
Общепринятое представление о том, что пытки людей практикуются следствием и учреждениями ФСИН, недооценивают роль судей. А зря.
«Квалифицированный» судья владеет целым арсеналом средств доведения обвиняемого до нужной кондиции. Рассмотрим некоторые из них.
1. На судебной стадии разрешения на звонки и свидания с обвиняемыми дается судьей, ведущим дело. Или не дается. И то, что в законе не прописано – в каком случае можно отказывать в разрешениях, – даёт очень широкие возможности для любых решений. Без всякого объяснения. Годами не иметь возможности поговорить с близкими – нередкая ситуация.
2. Отношение судей к ходатайствам защиты во многом определяет исход процесса. Допросы свидетелей, проведение экспертиз, приобщение доказательств – всё может быть отклонено. А ещё можно отклонять вопросы защиты свидетелям и потерпевшим – у судьи есть такие возможности. И можно лишить обвиняемого всех шансов на защиту, просто «грамотно» ведя процесс. Многие вещи можно будет оспорить только на апелляции, но обычно это уже поздно.
3. График заседаний. Это самая простая и действенная пытка. И практически в рамках закона. Можно, например, назначить заседания на каждый день. И тогда уже на третий день обвиняемый становится практически безразличен к процессу.
Вставать в пять утра, многие часы проводя в автозаках и тесных конвойках, возвращаться в камеру сильно за полночь – адекватно бороться за свою защиту более чем трудно. Обычно люди ломаются. А можно и поиграть – назначить выезды три дня в неделю: один через один и два подряд – очень эффективный способ выматывания. Восстанавливаться практически не успеваешь, не то что готовиться к заседаниям. Две-три недели и… люди ломаются.
А можно и не отменять заседание, даже если известно, что, например, адвокат не придёт. Всё равно покатать человека из СИЗО в суд и обратно. Просто так.
А можно доставить человека в суд и… перенести заседание. По любой причине. Но обвиняемый уже получает очередную дозу пыток (у сокамерницы переносили заседание шесть (!) раз, и каждый раз вывозили в суд).
Так что игры с графиком судебных заседаний – очень надёжная пытка.
Есть и другие судейские возможности. О них – в другой раз. Пока достаточно, чтобы задуматься – каково это – быть обвиняемым в СИЗО. Впрочем, СИЗО сейчас – именно для этого и используется.
Перед апелляцией по продлению меры пресечения меня вывезли в суд – ознакомиться с материалами следствия к продлению. Слышала разные страшилки об этом процессе, теперь знаю – каково оно.
Итак, представьте: комната в подвале Мосгосуда, стол, скамейка и скоба в стенке. Сажают за стол, пристёгивают руку к скобе, напротив сидят двое: помощник судьи и конвоир. Всё. Одной рукой можно знакомиться с делом. Театр абсурда.
В чём меня таким образом пытаются обвинить? В нападении на судью, конвоиров? В попытке к побегу? Почему им так страшно, если я не буду прикована к стене? Или это какое-то неисправленное наследие прошлого?
Одной рукой листать том и выписывать из него нужное —
жутко неудобно. Том постоянно закрывается (для сшивки в 250 листов – это естественно). И эти… мужчины ещё сидят и смотрят. У меня в материалах к суду было три тома. Справилась, конечно. Но за синяки от наручников на прикованной к стене руке стыдно за систему.
Написала очередную жалобу на недостойное обращение с невиновным человеком. Опять придётся долго и нудно объяснять —
какие же мои права нарушены. Ничего, капля камень точит.
Ещё к теме о судейских пытках.
