— Нет. — Я медленно сложил карту. — Не должны. Если вы решите умереть гордыми и одинокими — это ваш выбор. Но если мы будем заодно, то принимать решения должен тот, у кого хотя бы есть мозг.
Этан первым нарушил молчание.
— Допустим, мы согласны. Что конкретно ты предлагаешь?
Его голос был ровным, но пальцы сжали край скамьи так, что костяшки побелели.
Ива всё ещё стояла, напряжённая, как тетива лука. Её глаза метались между мной и братом.
— Пока что просто альянс, — сказал я. — Временный. Мое главенство условно. Мы делимся информацией, прикрываем спины. А там… посмотрим.
— Хорошо. Но с условием: никаких тайн. Если я узнаю, что ты что-то скрыл…
Он не договорил. Я кивнул. Ива закатила глаза, но тоже кивнула — коротко, резко, как будто делала одолжение. Брата в таких вопросах она всегда слушалась.
Они согласились. Но в их глазах всё ещё читалось недоверие. Как и в моих. Временные союзники. Но лучше, чем никакие.
— Но я не согласна, что ты будешь главным, — вдруг заявила Ива. — Главным должен быть тот, кто сильнее.
— А ты считаешь, что ты сильнее?
— Конечно.
— Давай тогда проверим, — пожал я плечами.
— Давай!
Солнечные блики прыгали по полированному полу тренировочного зала, слепя глаза при каждом отражении. Этан стоял в стойке у дальнего конца зала, его тень резко очерчивалась на белой стене. Пальцы правой руки сложились в знакомый жест — указательный и средний вытянуты, остальные поджаты к ладони.
Первый выстрел прозвучал как хлопок разорвавшейся пергаментной страницы. Голубая энергетическая сфера размером со сливу прочертила в воздухе идеально прямую линию и вонзилась в центр мишени на противоположной стене. Запах озона смешался с пылью, поднятой ударной волной.
Крайне мощные пули Потока, а скорость и точность и вовсе заслуживали лишь аплодисментов. Этан стрелял сериями по пять зарядов, делая между подходами паузу ровно в три секунды — время, за которое его энергетические каналы успевали восстановиться. Но уже на шестой серии я заметил, как его левое плечо подрагивает.
«Тридцать первый выстрел будет провальным», — подумал я, наблюдая через глаза Ана, более чувствительные к Потоку, чем человеческие.
Так и произошло. Последний заряд ушел вправо, оставив на стене черную подпалину. Этан скривился, быстро встряхнул кистью, но продолжать не стал. Повернулся ко мне, довольно улыбаясь, будто ничего не произошло.
— Красиво, — Ива пару раз хлопнула в ладоши. — Но настоящая сила не в этом.
Не дожидаясь ответа брата, она ворвалась на тренировочную площадку как ураган. Ее первый удар по стальному манекену прозвучал звонко и чисто, будто по колоколу. Окутавшая ее руки энергия была стабильной и прочной.
Я внимательно смотрел, но уже вскоре захотелось зевнуть.
Ее стиль был яростным, но предсказуемым. Всегда начинала с правого бокового, затем несколько прямых в корпус и завершение комбинации каким-нибудь эффектным широким ударом. Красиво. Но абсолютно бесполезно против того, кто видел этот паттерн хотя бы дважды.
Третий манекен разлетелся на части после особенно сильного удара ногой. Деревянные щепки впились в стену. Ива даже не заметила, как одна из них оставила кровавую царапину на ее щеке.
Дыхание девушки стало прерывистым уже после пяти минут боя. Каждый новый удар требовал от нее все больше усилий. Когда она промахнулась по четвертому манекену, раздались саркастичные хлопки в ладоши, на этот раз уже от Этана.
«Как она вообще держалась в прошлых схватках? — удивлялся я, наблюдая, как она, задыхаясь, продолжает избивать безжизненную куклу. — И неужели ей наставник ничего не сказал?»
Однако сама Ива ничего как будто бы не заметила и, когда наконец обернулась ко мне, ее взгляд говорил: «Ну что, критик, попробуй лучше!»
Я лишь вздохнул.
— Давайте вы оба сразитесь против меня. И мы посмотрим, кто лучше.
Парочка брата и сестры переглянулась, явно сомневаясь в том, что я был в своем уме. Но спорить они не стали. Возможность еще поиздеваться надо мной явно прельщала их куда больше.
Этан сразу занял позицию в двадцати шагах от меня — идеальная дистанция для его энергетических выстрелов. Ива ринулась вперед, как разъяренная пантера.
Но мои нити выстрелили еще до того, как она сделала первый шаг.
Первая серия — шесть тончайших волокон — опутала ее лодыжки, заставив споткнуться и подскочить ко мне с небольшим опозданием и сбитой стойкой, позволившими мне увести кресло в сторону. Вторая серия нитей пошла к Этанy, вынуждая его уворачиваться вместо атаки.
В голове я продолжал отсчитывать секунды, выстрелы, шаги и удары. Это был еще один небольшой побочный эффект углубления нашей связи с Аном. Сейчас я мог с точностью до сотой доли отсчитать в уме хоть одну, хоть сто секунд, даже особо не напрягаясь.
Я позволил Иване приблизиться на три шага, затем резко дернул нити. Она рухнула прямо на траекторию выстрела Этана. Он едва успел перенаправить энергию, голубая молния прожгла воздух в сантиметре от ее плеча.
— Сука! — рявкнула она, вырываясь из паутины.
